Тэсса живет в крохотной деревушке на краю света, где каждый житель скрывает тайны и способен на неожиданные поступки. Нетривиальная любовь, сто пятьдесят покойников и встреча с художником переворачивают привычную жизнь героини, заставляя переосмыслить все, что она знала о себе и своем мире.
Этого он не понял, но не стал больше ничего уточнять. Фрэнк так и не решил, хочет ли он знать про жителей деревни лишние подробности или все-таки уберется из Нью-Ньюлина восвояси.
Откинувшись на спинку сиденья, он повернулся к окну, глядя на ровные поля с редкими деревьями и холмами, время от времени мимо пролетали черно-белые вальяжные коровы, тяжелый линкольн резво обгонял на узкой двухполоске фермерские грузовики и запыленные легковушки.
Тэсса относилась к правилам движения равнодушно, и это тоже восхитило Фрэнка.
— Как там этот… твой нервный? — откашлявшись, спросил он. Фрэнк редко испытывал желание поговорить, но вся эта пастораль вокруг настраивала на сентиментальный лад.
Странно, что по пути сюда он этого не замечал. Просто пялился на дорожное полотно, а не по сторонам.
— Холли Лонгли? Поломался, — ответила она равнодушно. — Жаль.
Это удивило Фрэнка. Ему-то казалось, что Тэссу давно должна перестать задевать чужая неприязнь. Инквизиторов никто не любил — они считались падальщиками. Полезными, но мерзкими.
— Ты расстроилась? — уточнил он недоверчиво. — Из-за этого?..
— Расстроилась, — согласилась Тэсса. — Придется выпустить его на волю.
— Эй, ты же посадила его под арест на три месяца!
— И ты первым возбухнул, что это незаконно… Однако в таком состоянии он совершенно бесполезен и даже вреден. Боюсь представить, что будет излучать его картина, нарисуй он ее сейчас. Нет уж, — Тэсса поморщилась, — мне и собственных кошмаров хватает. Не будем усугублять.
Про кошмары Фрэнк знал все.
— Как тебя, такую мелкую, вообще занесло в инквизиторы? — поинтересовался он.
— Как всех, — пожала плечами Тэсса, — на профориентации в старших классах. Потом специализированный колледж, и понеслось. Семья тут же отказалась от меня, только бабушка еще несколько раз приезжала. Дочь-инквизитор в семье школьных учителей. Позорище!
— Несправедливо, — оценил Фрэнк. — Ты же не могла отказаться, не было у тебя такой возможности.
— Не было, — задумчиво отозвалась она, — но я и не собиралась отказываться. В пятнадцать мне казалось это таким героическим — спасать мир от разных тварей, защищать людей. А тут еще и родители против. Словом, — Тэсса хмыкнула, — я считала себя очень крутой девицей.
— А теперь?
— А теперь я еще круче, целый шериф!
Фрэнк усмехнулся.
Они проехали стоявшую возле самой дороги ферму. На солнце плескались развешанные во дворе простыни, и Фрэнк вдруг от души зевнул, подумав о том, что тысячу лет ему не было так хорошо.
Так безопасно.
