Автор
В тишине ночи раздается только скрип деревянных ступенек и тихий скреж засовов. Шорох приближается к изголовью кровати, нарушая сон. Удар — и ветеринарный анатом Максим Долматов пытается вытереть пот со лба, перед глазами все еще острое ощущение усталости и разбитого сердца. Так начинается новая жестокая смена дежурства в тюрьме мертвых......
– Хрена с два! Я здесь не останусь, они в курсе, что я здесь по ошибке, должен прийти этот хмырь в костюме, который забрал у меня объяснительную!
– Хмырь в сером костюме? Ты, наверное, про Зама говоришь.
– Понятия не имею, кто он там, но он сказал, что меня выпустят.
– Хм, ну раз он так сказал…
«Ублюдки, сраные ублюдки, какого хрена я опять в камере!»
Я по-прежнему надеялся, что это все часть бюрократической схемы, что меня просто перевели сюда в рамках процедуры освобождения, но внутри прекрасно понимал, что все складывается гораздо хуже.
На стене напротив решетки я заметил телефон.
«Вот бы добраться до него, но как? Если только вломить этим козлам».
Я оглядел камеру в надежде найти предмет, способный хоть как-то заменить оружие, но здесь все было точно так же, как и во всех остальных камерах, разве что кровать стояла на полу, а не висела на цепях.
«Может, оторвать ножку от кровати? Неплохой вариант, только как это сделать бесшумно?»
– Ты сам-то не представишься? – Мой сосед был разговорчивее предыдущих, но теперь меня это мало волновало.
– Олег, – бросил я и принялся заниматься кроватью.
– Олег, а что ты там такое делаешь?!
– Не твое дело!
– Так-то оно так, просто если ты решил сломать ножку от кровати, то хочу тебя заверить – идея тупая, тебе это никак не поможет.
– Мне советчики не нужны!
«Черт, идея и правда тупая».
– Эй, ты, как тебя там, почему ты так спокойно разговариваешь со мной? Разве здесь не нужно молчать в тряпочку?
– Нужно, но на нас здесь обращают внимания меньше, чем на остальных.
– На кого это – на нас?
– На тех, кто здесь не за грешки, а по собственной глупости.
– Что ты несешь? Как можно попасть за решетку по глупости?! – Я подошел вплотную к решетке и попытался заглянуть вбок, чтобы понять, с кем беседую, человек сделал так же."
"– Очень просто; я, например, устроился сюда сантехником. Надоело питаться по талонам, ну ты сам понимаешь, о чем я, время нынче сложное. – Я не понимал. – Особо не разгуляешься, – продолжал он, – но, проработав здесь год, я понял, что попал, и попал конкретно.
Я хотел было спросить, о каких талонах шла речь, но он продолжил:
– Год. Целый год без выходных я тут пахал как папа Карло. Стоило один раз получить зарплату рублями, а не маслом и спичками, купить жене сапоги, и все. Не надо уже ни больничных, ни отпусков. Поработать до ночи? Да не вопрос! Начинает казаться, что, если пропустить хотя бы день работы, потеряешь в зарплате.
