Автор
В тишине ночи раздается только скрип деревянных ступенек и тихий скреж засовов. Шорох приближается к изголовью кровати, нарушая сон. Удар — и ветеринарный анатом Максим Долматов пытается вытереть пот со лба, перед глазами все еще острое ощущение усталости и разбитого сердца. Так начинается новая жестокая смена дежурства в тюрьме мертвых......
Я решил, что если косячить слишком часто, мой план будет слишком очевиден, – пусть все будет выглядеть как случайность, рассеянность.
Одну камеру мы сделали на пять с плюсом, а во второй я начал уже лажать, то тут не доделаю, то там пропущу.
Дело сделано, остается дождаться результата. Обычно за мной проверяют после выполнения определенного объема, поэтому я предложил Вадику ускориться, и тот нехотя меня поддержал.
Мы пообедали. Вадик любезно поделился со мной очередными красочными историями из своей жизни, задавал вопросы о тюрьме, жене, о том, как я здесь оказался, но я был краток, и поэтому разговор был скорее односторонним.
Вернувшись на место, мы начали перетаскивать инструмент к следующей камере, я схватил аппарат и оттащил его в сторону, как вдруг из камеры послышался голос Вадика:
– Олег, слушай, а чего ты тут участок пропустил?
«Блин, кто тебя просил». Я поставил аппарат и вернулся обратно в законченную камеру, где увидел Вадика, пялящегося на тот участок, где я оставил сюрприз для проверяющих.
– По ходу, проглядел, спасибо, – ответил я сквозь зубы. И пошел обратно за аппаратом.
– О! А вон еще косяк! Не выспался, что ли? – Он шутливо подначивал меня.
– Да, полночи глаз не мог сомкнуть, – фальшиво улыбнулся я ему в ответ.
«И откуда ты, такой глазастый, на мою голову свалился?»
План провалился. Этот упырь, которому на вид все по фигу, с какого-то перепугу нашел все мои недочеты, и, если я их не исправлю, это будет выглядеть очень подозрительно.
– Спасибо, напарник, – и принялся все исправлять.
– Не за что, братан! – Он похлопал меня по плечу, а сам отправился в следующую камеру.
Я все исправил. Но настроение было категорически испорчено, появилось желание сдаться. Но отступать было рано, я решил, что нужно как-то отвлечь Вадика, чтобы подобное не повторилось.
– Вадик, а ты не мог бы сделать заготовки сразу на весь ряд камер?
– Но на это же весь день уйдет, как я тебе буду помогать?
– Не переживай, я справлюсь.
«Глядите-ка, какой заботливый».
Лицо Вадика кипело недовольством от новых указаний, но он не стал сопротивляться и принялся за работу.
«Нужно быть аккуратнее!» – скомандовал я себе и только хотел продолжить, как на стене заверещал телефон.
Казалось, он звонил громче обычного, потому что долгое время никто не снимал трубку, я не стал обращать внимания и занялся своим делом.
