Я родилась с особой бременем — пороком сердца. Его хладнокровие и тщеславие подчас выдает мой внутренний мир, но у меня есть еще больше: я имею дар предвидения. В каждой главе истории моих дней я вижу будущее, а это придает мне силы смириться со своим несчастьем и раскрыть свои тайны перед судом....
Он, видимо, понимает, что я не рассказала Лиаму о том, что он показал мне сегодня в оранжерее.
А также, что я не слишком расстроилась из-за того, что он увидел, как двое его лучших друзей трахаются в душе.
— Не волнуйся, я устрою Елине ад за то, что она пригласила нас всех на шоу.
Он выпячивает грудь, прежде чем подтолкнуть Лиама и выйти из ванной комнаты.
Лиам опускает голову и вздыхает.
— Иногда я ненавижу это место.
Я поднимаю с пола нашу мокрую одежду и кладу ее в бельевой ящик.
— Это не так уж и плохо.
Беру его за руку и веду обратно в нашу комнату.
Он ничего не говорит, но его рука крепко сжимает мою, и я думаю, что этого достаточно.
XXII
Лиам
Ни один мужчина не имеет права чувствовать себя таким невесомым, как я в этот момент.
Уинн крепко сжимает мою руку, пока мы спешим обратно в нашу комнату, едва завернувшись в полотенца. Я чувствую себя преступником из-за того, как она ведет себя; это возбуждает.
Как только мы заходим в комнату, она закрывает дверь и запирает ее на ключ.
Улыбка, расплывающаяся на моих губах, заставляет порез на челюсти болеть.
— Ты же знаешь, что там постоянно трахаются. Ты видела подобное несколько раз только на этой неделе.
Я смеюсь, открывая ящик и доставая оттуда пару боксеров. Она хватает одну из своих ночных рубашек, но у меня другой план.
На дне моего ящика лежит большая черная футболка, в которой она выглядела бы идеально. Мои щеки загораются от мысли, что она ее наденет.
— Эй… тебе стоит примерить это.
Я бросаю ей футболку, и она едва успевает ее поймать. Ее карие глаза широко раскрыты и полны тепла, когда она разворачивает ее.
— Ты даешь мне футболку? — осторожно спрашивает она, глядя на меня так, будто это какой-то розыгрыш.
— Да. Я имею в виду, что она мне не подходит, понимаешь? Я вру, надеясь, что она не догадается о сентиментальных чувствах, которые кроются под этой футболкой.
Это был подарок от Нила, и я дорожу им. Даже если я больше никогда ее не увижу после нашего пребывания здесь.
Она натягивает футболку, и она спадает ей до середины бедра.
Ее щеки заливаются румянцем, Уинн застенчиво поднимает на меня глаза.
— Тебе нравится?
Я подхожу к ней и провожу рукой по ее мокрым розовым волосам через плечо.
— Отлично.
Она притворно хмурится, и Боже, ее улыбки достаточно, чтобы уничтожить меня.
