Я родилась с особой бременем — пороком сердца. Его хладнокровие и тщеславие подчас выдает мой внутренний мир, но у меня есть еще больше: я имею дар предвидения. В каждой главе истории моих дней я вижу будущее, а это придает мне силы смириться со своим несчастьем и раскрыть свои тайны перед судом....
Снова проверяю телефон: сейчас только семь утра, а я здесь никогда не был ранней пташкой. Кто-то встает в такое время?
Направляюсь в комнату Лэнстона. Он один из немногих, кому здесь не нужен сосед по комнате, возможно, потому, что он практически закончил свою программу лечения. Но я не хочу, чтобы он уезжал. Он мой единственный друг, кроме Уинн.
Свет под его дверью горит. Я хмурю брови и стучу несколько раз. Проходит несколько секунд, прежде чем дверь открывается, и он выглядывает. Он удивленно улыбается.
— Эй, друг, иди сюда, — шепчет он бодро, как будто уже полностью проснулся.
Я вхожу, аромат кофе поражает меня, как кирпичная стена. Сажусь за его маленький столик с одной ножкой и показываю на чашку с горьким, черным нектаром для души.
— Пожалуйста, и спасибо.
Лэнстон смеется и хлопает меня по спине. Он берет с кровати свою бейсболку, надевает ее задом наперед, пока хватает две чашки.
— Ты всегда так рано просыпаешься? Выглядишь дерьмово, — говорит он серьезнее, глядя на меня, в его глазах появляется беспокойство.
Я провожу рукой по лицу и качаю головой.
— Нет, по субботам я обычно мертв до полудня. — Дарю ему усталую улыбку. — Ты же знаешь.
Лэнстон хихикает и кивает.
— Да, именно поэтому мы назначили встречу на поздний вечер. Боже упаси, если кто-то разбудит тебя в субботу утром.
Он ставит обе чашки на стол, а сбоку — бутылочку сливок. Я беру чашку и пью черный кофе. Я ненавижу горький кофе, но он облегчает зуд в моей голове.
— Ладно, так ты скажешь мне, что случилось?
Он смотрит на меня своим знающим взглядом.
Часть меня действительно не хочет об этом говорить, но я бы не приперся сюда, если бы не имел такого намерения. И все же… я не могу заставить себя это сделать.
Ставлю кружку на стол.
— Как думаешь, у нас с Уинн все получится? После того, как мы выберемся отсюда?
Здесь все под контролем. Окружающая среда, наше расписание, еда. Реальный мир не такой. И это пугает меня до чертиков.
Глаза Лэнстона расширяются, и он тоже отставляет свою кружку.
— Как пара?
Странно говорить об этом с ним, с кем-либо, но если я чему-то и научился на консультациях, так это тому, что надо делиться с кем-то своими дерьмовыми мыслями.
— Ага.
— Я имею в виду… возможно. Вы двое такие разные. Она похожа на девчачью версию меня — грустная, безнадежная и хорошенькая. — Мрачно смотрю на него, а он невинно пожимает плечами. — Я просто указываю на очевидное. Ты всегда такой черствый и задумчивый.
