Варягский крейсер "Артемида" скользил по бескрайним водам Крыма, где лето сознательно оставило пустыми корабли и паруса. Яхта шла под управлением автопилота, курс следуя точной траектории в заоблачных просторах, а за стеклами замка Костина мерцала спокойная вода - лишь отблески солнца и неспешное пульсирование волн. Валерий Григорьевич чувствовал себя свободно, как никогда прежде – вдали от шума офиса и традиционного мира....
Случилось это следующим образом: позвонил школьный товарищ Юрка и спросил:
– Стас, ты говорил, что твоя мама живет на даче?
– Да, живет, пока не похолодало.
– Значит, хата свободна?
– Свободна.
– Предлагаю в выходные выпить винишка!
– Дельное предложение. Принимается.
– Я с подругой приду, если ты не против.
– Давай. Но только если с подругой будет ее подруга! – поставил условие Кармазин.
Наступили выходные. Гостей он встретил в своем лучшем наряде: джинсах, мятой футболке с Кобейном, темных очках в пол-лица и с трубкой во рту.
– Заходите, – сказал Станислав и небрежно махнул рукой.
В этот вечер в его голосе вдруг появилось столько харизмы, что они безропотно отправились за ним на кухню. Там он выдал им сковороду и картошку, а сам отправился накрывать на стол.
Через час компания сидела за столом, по центру которого стояла подставка со сковородой горячей картошки.
Свет был выключен, горели свечи. Над крышей соседнего дома висела луна – большая и масленая, как поджаренный ломтик картофелины. И какие-то дети с луками – вероятно, купидоны – пытались попасть в молодых людей стрелами через открытую форточку. Кажется, двоим это удалось. Особенно после того, как Анна заметила висящий в соседней комнате новенький лейтенантский мундир с боевым орденом и золотистой полоской за тяжелое ранение.
– Это чей? – восхищенным шепотом спросила она.
– Мой, – ответил Стас с такой будничностью, словно на плечиках висел не офицерский мундир, а спецовка слесаря.
– Разве ты военный?!
– А что, не похож?
– Просто… ты выглядишь как сугубо гражданский человек.
Весь вечер девушка пребывала под впечатлением, и поэтому когда Кармазин предложил ей встретиться уже наедине – без Юрки и ее подруги, – она с готовностью согласилась.
Две недели у Стаса и Анны длился конфетно-букетный период. Потом он уехал. А через полгода позвонил ей и пригласил переехать к нему в гарнизон.
Она согласилась.
Таким образом, он был женат всего однажды. Вернее, ему казалось, что это был брак. На самом деле они жили без оформления отношений и, тем не менее, находились под одной крышей, делили все поровну и, кажется, любили друг друга. Ну, по крайней мере, первые несколько месяцев совместного существования.
