О чём книга «Точно как на небесах»
Благонравная светская девица Гонория и лучший друг её брата Маркус убеждены, что между ними невозможна любовь. Но судьба распорядится иначе, превратив отрицание в признание и дружбу в страстное чувство.

Автор
Благонравная светская девица Гонория и лучший друг её брата Маркус убеждены, что между ними невозможна любовь. Но судьба распорядится иначе, превратив отрицание в признание и дружбу в страстное чувство.
Раздел Chitat.online для книги «Точно как на небесах» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Благонравная светская девица Гонория и лучший друг её брата Маркус убеждены, что между ними невозможна любовь. Но судьба распорядится иначе, превратив отрицание в признание и дружбу в страстное чувство.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Благонравная светская девица Гонория и лучший друг её брата Маркус убеждены, что между ними невозможна любовь. Но судьба распорядится иначе, превратив отрицание в признание и дружбу в страстное чувство.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Она остановилась, повернулась и вопросительно взглянула на него.
– Посиди со мной, – попросил он, показав на кресло. Она медлила, и Маркус добавил: – Большую часть последних двух дней я провел наедине с собой. – Она все еще казалась неуверенной, поэтому он смущенно улыбнулся и сказал: – Боюсь, мне немного скучно.
– Только немного? – ответила Гонория, вероятно, не успев вспомнить, что собиралась воздержаться от беседы.
– Я в отчаянии, Гонория, – сказал он.
Она вздохнула, задумчиво улыбнулась и снова вошла в комнату. Гонория оставила дверь открытой; теперь, когда он уже не на пороге смерти, необходимо соблюдать приличия.
– Ненавижу это слово, – сказала Гонория.
– Отчаяние? – переспросил он. – Ты находишь его слишком часто применяемым?
– Нет, – вздохнула она, садясь в кресло рядом с кроватью. – Слишком часто подходящим. Ужасное чувство.
Он кивнул, хотя, по правде говоря, не понимал отчаяния. Одиночество – да, но не отчаяние.
Гонория тихо сидела рядом, положив руки на колени. Повисла долгая тишина, не неловкая, но и не очень уютная. Помолчав, Гонория сказала:
– Бульон.
Маркус опустил глаза на поднос, где стояла маленькая фарфоровая супница, накрытая крышкой.
– Кухарка назвала это «boeuf consomme», – продолжила Гонория чуть быстрее, чем обычно, – но это обычный говяжий бульон. Миссис Уэдерби настаивает на его чудодейственных целительных свойствах.
– Полагаю, у меня нет выбора, – уныло произнес он, глядя на полупустой поднос.
– Еще есть сухой тост, – сочувственно добавила Гонория. – Извини.
Маркус понурил голову. Он отдал бы все за кусок шоколадного пирога от Флиндла. Или за яблочное пирожное с кремом. Или за песочное печенье, или за сдобную булочку, или вообще хоть за что-нибудь сладкое.
– Пахнет неплохо, – сказала Гонория. – Я имею в виду бульон.
Да, конечно, но запах шоколада понравился бы ему куда больше.
Маркус вздохнул и взял ложку, подув на нее, прежде чем попробовать бульон.
– На вкус тоже неплохо, – произнес он.
– Правда? – с сомнением спросила Гонория.
Маркус кивнул и съел еще. Или, точнее, выпил. Едят бульон или пьют? И нельзя ли добавить к нему немного сыра?
– А что было на ужин у тебя? – спросил Маркус."
"Гонория покачала головой:
– Тебе не нужно этого знать.
Он съел – или выпил – еще ложку.
– Наверное. – Но Маркус все равно не мог сдержаться: – Была ли там ветчина?
Гонория молчала.
– Была! – обвиняющим тоном произнес Маркус.
Он посмотрел на остатки супа. Он хотел собрать их тостом, однако оставил недостаточно жидкости и бульона хватило, чтобы смочить тост всего два раза.
Остаток был сухим. Опилочно-сухим. Пустынно-сухим. Маркус на секунду задумался. Кажется, несколько дней назад он уже употреблял подобные слова. Он откусил от совершенно несъедобного тоста.