В кабинете Солнцева, за столом с гладким деревянным ножкой, я чувствую себя маленькой и беспомощной. На стенах картины из старой техники и фотографии вроде бы показывают мир из прошлого. Медленно подхожу к нему, каждый шаг словно тяжелая мольба за справедливость.
Вот скажи мне, Феликс, зачем мне жена-шаболда?
— Аналогичный вопрос могу задать и вам, — усмехаюсь криво. — От Лиды в семье мало толку. Не шить, ни стирать… Так моя бабка говорила.
Поднявшись из-за стола, на правах еще члена семьи зову домработницу. Она убирает грязные тарелки. Ставит чистые. Подкладывает еще закуски, ставит блюдо с горячим мясом и картошкой.
Накидываюсь на еду, стараясь не чавкать громко. Я как с Катей развелся, все время на сухомятке. Но раньше Лида хоть как-то имитировала обязанности жены. Жратву в ресторане заказывала, вызывала клининг.
— Лидку в ежовых рукавицах держать надо. Понимаешь? А ты слабину дал. Позволил ей много. Вот дождись. Пусть она тебе ребенка родит, — жуя, наставляет меня тесть. И снова буровит пьяными злыми глазами. — Да и не хочу я, чтобы вы разводились! — стучит он кулаком по столу. — Найди себе телку какую-нибудь. Снимай стресс на стороне, но дочку мою не бросай. Слышишь? Тогда будет у тебя все пучком. Ты же нормальный мужик, Феликс.
— Не хочу я снимать стресс. Я спокойно жить хочу, — кривлюсь как от боли.
— Ну, на курорт какой поезжай. Оттянись там.
«Да я уже оттянулся полгода назад», — усмехаюсь мысленно. Вспоминаю девчонку, с которой познакомился в последний день отдыха в Горной деревне. Смешливая такая. Яркая. На лыжах хорошо катается. Мы с ней со склона вместе неслись наперегонки, а потом в кафе пили глинтвейн за победу и дружбу. И у меня как сердце оттаяло. Девочка, как цветок. Нежная такая и ласковая.
Зато, оказывается, со мной в одном отеле жила Рада Извекова, дочка криминального авторитета. А я и не заметил. Все мозги растерял из-за симпатичной веселой девчонки. Юля. А может, и как-то иначе ее звали. Я ведь тоже Игорем назвался!
— При всем уважении, Николай Иванович, — наливаю себе в стакан минералки. — Я развожусь с Лидой.
— На любую, — мстительно рычит тесть и грозит пальцем для острастки. — Ну, смотри, Феликс, я тебя предупредил.
— Принял. Понял, — поднимаюсь с места. Все. Рассчитали меня из зятьев. Нефиг тут засиживаться. — Здравия желаю, — иду к дверям.
— Хорошо подумай, сынок! — доносится из кухни-столовой.
Да я уже подумал и все решил.
