В кабинете Солнцева, за столом с гладким деревянным ножкой, я чувствую себя маленькой и беспомощной. На стенах картины из старой техники и фотографии вроде бы показывают мир из прошлого. Медленно подхожу к нему, каждый шаг словно тяжелая мольба за справедливость.
Но мне пока не хочется.
— Тогда не покупайте, — пожимаю плечами. Вдыхаю свежий воздух и улыбаюсь безотчетно. Нравится мне здесь. Даже Феликс дома мягче кажется. Будто сбросил начальственную шкурку и поменял маску на добродушного усталого парня.
Но он действительно устал на работе. Еще и со мной нянчился. Домой к себе привез не раздумывая. И дом красивый. Только чужой для меня. И Сарычев — посторонний. Я на Розе встречалась с совершенно другим человеком.
— Пойдем в дом, ты замерзла, — решает Сарычев. Легонько касается моего предплечья, возвращая в действительность.
«Погоди, — останавливаю себя. — С какой стати жить вместе? Замуж от тебя не звал. В любви не признавался. Да и нет ее, никакой любви. Общий ребенок, и все. Больше нас ничего не связывает».
— Я бы еще погуляла, — вдыхаю теплый вечерний воздух. — Так хорошо на улице. Даже заходить не хочется. А вы…"
"— Можно тебя попросить об одном одолжении, малыш? — хмурится Феликс. Придерживает под животик пса, болтающегося у него на руке.
— Что? — поднимаю глаза. И даже представить не могу, о чем меня может попросить Сарычев. Он же ничего никогда не спрашивает. Просто приходит и берет все, что вздумается.
— Ты могла бы называть меня по имени, Лара? И на ты. Мы с тобой вроде были в близких отношениях. И ребенок скоро родится… Напрягает, когда выкаешь.
— Попробую, — киваю я и запинаюсь.
С Игорем я общалась запросто, а вот с Феликсом не могу.
Мне проще на вы называть и держаться в сторонке.
— Лара, — отвлекает меня от размышлений Феликс. Аккуратно приобнимает за плечи одной рукой, притягивает к себе.
Хочет обнять другой, инстинктивно опуская руку. И моя карманная собака не упускает случая сбежать.
— Чапа, — окликает непослушного йорка Сарычев. — Сейчас же вернись.
— Феликс, ко мне! Я кому сказала! — выкрикиваю на автомате.
Пес останавливается, смотрит на нас внимательно. Даже голову наклоняет в бок, словно играя. Дескать, вы определитесь, Чапа я или Феликс. Отвлекается на соседскую кошку и стремительно, будто торпеда, несется в кусты.
— О господи! — только успеваю выдохнуть я.
