В кабинете Солнцева, за столом с гладким деревянным ножкой, я чувствую себя маленькой и беспомощной. На стенах картины из старой техники и фотографии вроде бы показывают мир из прошлого. Медленно подхожу к нему, каждый шаг словно тяжелая мольба за справедливость.
Только благодаря Чапе задержалась. Вот сидит рядом. Улыбается.
— Нужно придумать имя. Но помет был большой. Все нормальные разобрали.
— Ирис. Ириска, Иртыш, — выдает моя дочь.
— Есть, Лисеныш, — мягко замечает Глеб. — Давай другое.
— Ирод, — ляпаю я и тут же чувствую, как вокруг поднимается волна протеста. — В честь древнего царя… — поясняю поспешно. Но обе мои девочки смотрят на меня с укоризной.
— Нельзя, — мотает головой Глеб.
Ираклий, Ирми, Ирокез и прочую хрень Наумов тоже бракует.
— А на «Й» можно? — осведомляюсь ехидно.
— Можно, — снова как старик вздыхает Наумов. — На «И» все перебрали…
— Папа, а как ты его назовешь? Йода, что ли? — смеется Алиса. Обнимает двоюродного брата. А мелкий жмется к ней, как к матери.
«Что-то происходит, а я не заметил? Наташка где?» — размышляю попутно. Надо будет у Наума спросить.
— Нет, не Йода, дорогая, — веселюсь вместе со всеми.
— Феликс, — поднимает на меня глаза Лара. — Может, не надо?
— А у нас есть выбор? — пресекаю попытку бунта и выдаю как на духу.
— Подходит! — что-то прикинув, радостно постановляет Наум. — А сокращенно Фаня. Или Нафаня. Все лучше Чапы.
— Да бедный щенок уже запутался! За неделю второй раз придется имя менять, — горячо восклицает Лара. — Еле к Чапе привык…
— А как ты его сразу назвала? — словно банный лист к заднице, цепляется Алиса.
Вот бы из кого точно следак получился или прокурор! Но работа грязная. Не для женщины. Поэтому психфак. Модно сейчас.
— Лара, скажи! — не унимается она. А моя дорогая жена молчит.
— Рассказывайте! От семьи секретов нет, — поддерживает Алиску Наум. Оглядывает нас выжидательно. — За стол не сядем, пока не узнаем, — выдвигает условия.
— Тогда ты тем более есть не будешь, — фыркаю легкомысленно и уже собираюсь перевести тему на самого Наума, на его Наталью, на Алискину учебу и дорогую тещу Розу Равильевну, как моя наивная девочка вздыхает тяжко и выдает под дружный хохот.
— Я назвала щенка Феликсом.
— Почему? — во весь голос вопит Алиса.
— Очень скучала, — заявляет Лара, и моя взрослая дочь кидается к ней.
— Папа, какая же она классная! — целует мою жену в щеку. Собирается что-то сказать про Лиду, но я пресекаю эту идею на корню.
— Давайте обедать. Салаты стынут…
Все чинно рассаживаются за накрытый Ларой и Алисой стол. Я, как всегда, юморю, рассказывая дурацкие истории и анекдоты.
— Пап, ну как вы все-таки познакомились? — снова встревает Алиска. Вот же неугомонная.
