Автор
Ли стала мастерски перекручивать карты, точно охотник за головками, а незнакомец наигранно улыбался и демонстрировал интерес к ее таланту. Неожиданный столкновение шатало мир вокруг — волны неуверенности и страсти вздымались, как прибой за бортом корабля.
Нора круто шла вниз, и без такой импровизированной лестницы обойтись было невозможно.
— Иногда просто устанавливают ствол с сучками, — продолжил Рено. — В любом случае функцию свою «куриные лестницы» выполняют.
Дерево было корявым и прохладным на ощупь, за исключением тех мест, на которых находились зарубки. Там множество ног отполировали бревно до блеска.
— Подержи фонарь, — попросил Рено.
Ева взяла фонарь и, затаив дыхание, наблюдала за Рено, который исследовал лестницу. Вскоре она могла видеть только его широкие плечи и шляпу.
— Прочная, — объявил он, глядя вверх. — Если не попадает вода, дерево хорошо сохраняется на такой глубине.
Примитивная лестница вела на другой уровень старой шахты, откуда отпочковывались в разных направлениях многочисленные норы. Большинство из них были настолько узкими, что Рено мог только засунуть туда голову. А в некоторые из них не могла протиснуться даже Ева.
— Есть что-нибудь? — спросил Рено.
Ему не хотелось, чтобы Ева заглядывала в каждую нору, но возразить против этого было трудно.
— Штольня идет дальше, — сказала Ева, вылезая из норы. — А за поворотом другая штольня, вдвое больше этой.
Она поднялась и отряхнулась.
— В этой большой штольне есть одна странность. Стрелки показывают в другую сторону. Кто-то стер головки у стрелок и нарисовал новые головки на хвосте.
Рено нахмурился, вынул компас и сверился с ним.
— Куда поворачивает эта нора?
Ева показала.
— А вторая штольня идет оттуда, — добавила она.
Рено повернулся, чтобы сориентироваться и разобраться с непонятной штольней и двойными стрелками.
— Под таким же углом или угол меняется? — спросил Рено.
— Вот под таким, — ответила Ева, изобразив тупой угол.
— Тебя не пугают эти тесные проходы? Ева покачала головой.
— Ты уверена? — не отступал Рено.
— Абсолютно. Уж лучше подземные проходы, чем хождение по узенькой тропке над пропастью, — кисло проговорила Ева.
При свете фонаря на его губах сверкнула улыбка.
— По мне так лучше это, чем каждый день лазить в нору койота.
Она засмеялась.
— Хочешь, я посмотрю, куда ведет штольня с двойным устьем?
Он поколебался, затем неохотно согласился.
— Но лишь в том случае, если стены из скальных пород. Я не хочу, чтобы ты ползала под рыхлыми породами, какие мы тут часто видели. Ты поняла?
Ева все отлично поняла. Хотя норы и не пугали ее так, как высота, у нее не было ни малейшего желания кончить так, как тот погребенный заживо ребенок.
