Автор
Томление в Эйкебю, одном из заброшенных хуторов Гростенсхольма, носило в себе не только обычные долги и заботы, но еще и тонкие грани семейных уз и человеческих слез. Жизнь барона Дага Мейдена и его матери Шарлотты была наполнена тревогой и неприятностями, пока старая супруга не подросла и не привнесла в дом новую тайну и острое чувство долга....
Но я ждал, когда ты покинешь кладбище.
— А что Жюли?
— Она в полной уверенности, что ты уже уехала, и потому отправилась навестить родителей в Осло. Я тоже не сомневался в том, что ты уже по дороге в Данию.
— Корабль запаздывает, — коротко ответила она.
Она растерялась, понимая, что не владеет собой. Ей надо бы теперь просто уйти отсюда, но она не делала этого.
— Я просил Жюли о разводе.
Сесилия казалась удивленной. Он шел напролом.
— Надеюсь, это не из-за меня?
— Нет-нет. Я просто не могу так жить дальше.
— Я понимаю тебя. Но разве священник может требовать развода?.. Разве это принято?
— Нет. Но я в совершенном отчаянии.
— А что же она? Что она сказала тебе?
— Она, конечно же, не согласилась со мной. И что хуже всего, она заговорила о мести. У нее хватит на это ума. Я не хотел накликать беду на твою голову. И я обещал ей, что останусь.
— Да, это самое верное. Для тебя развод оказался бы губительным, особенно если учесть, что в приходе ее так любят. Значит, она знает обо мне?"
"— Она догадывается.
Щеки ее запылали. Она оставалась в одиночестве слишком долго… Нет, она ни за что не сдастся! Она хотела… хотела быть с Александром.
Александром? Нет, Боже упаси, он для нее больше не существует.
У нее никого не было.
Она еще раньше обратила внимание на то, что другие кавалеры при датском дворе, которые поначалу охотно ухаживали за ней, постепенно отошли от нее из-за Александра. Они были в сомнении, действительно ли она его девушка или нет.
Так значит, он просто использовал ее! Прикрывался ею как щитом, призывал ее в свидетели своей невиновности, когда на его голову посыпались обвинения.
Бедный Александр, он-то думал, что она все понимает и добровольно участвует в его игре. Но она ни о чем не догадывалась.
Сесилия стояла, прижавшись спиной к стене, и Мартин подошел к ней совсем близко. Так близко, что она чувствовала тепло его тела.
Она не удивилась, почувствовав прикосновение его руки к своей щеке.
Мартин продолжал гладить ее по щеке. Она нежно обняла его в ответ. Все ее страхи исчезли сами собой. И наступила полная определенность.
