Это был уже совсем другой, серьезный проступок, за который его не просто уволят, а совершенно точно посадят в тюрьму, как вора. И ничего из этого он не мог им объяснить — ни людям снаружи, ни сердитому человеку на соседнем сиденье, потому что не знал их языка.
— Нет, вы посмотрите на них, — сказала дачница в шортах. — Сидят, как будто так и надо. Закрылись, главное.
— Закрылись? — переспросил Патриот недобро. — Это ничего, это мы щас поправим, — и пошел к УАЗу.
— Господи, — сказала Саша. — Они им стекло сейчас разобьют.
Толпа вокруг Газели действительно сгустилась и как-то потяжелела, Патриот уже нетерпеливо протискивался обратно, сжимая монтировку.
— Ну вода-то и правда нужна, Саш, — начал Митя и осекся, потому что она отпустила его руку и посмотрела, как смотрят на незнакомца, прижавшегося в автобусе. — Погоди! — сказал он вслед Патриоту. — Эй, ну куда, стой, — и тоже начал толкаться к Газели.
Когда он добрался до запотевшего окна и постучал, оба азиата в кабине повернули к нему одинаково напряженные лица и в эту минуту вдруг стали похожи на отца и сына.
— Послушайте, мужики, — сказал Митя, повышая голос, чтобы было слышно через стекло. — Можно же по-хорошему. Ну сколько она там стоит, эта вода? Сами видите, что творится. Вам деньги возместят же потом, ну или хотите, она вам справку напишет, напишете же справку?
Женщина-Мерседес кивнула.
— С компенсацией мы решим, — сказала она сухо. — Это не проблема. Мне понадобится транспортная накладная. Документы на воду есть? Покажите.
— Ну чё ты глазами мне хлопаешь! — вмешался Патриот. — Всё, решили, давай открывай!
Маленький таксист перегнулся через своего юного соседа, приблизил смуглое лицо к стеклу и раздельно, почти с удовольствием произнес на своем безупречном русском, глядя Патриоту прямо в глаза:
— Справки нам не нужны. Это наша вода, и мы сами решим, на что ее обменять.
— Чего? Чего ты сказал, блядь? — взревел Патриот, багровея.
— Вы не в том положении, чтобы торговаться, — сказала женщина-Мерседес. — Можете даже на это не рассчитывать.
— Почему это — ваша? — звонко спросила мама-Пежо. — Как это вы ее присвоили вдруг, интересно? Этот мальчик — просто водитель, а вы тут вообще ни при чем, это даже не ваша машина!
— Менять они собрались, главное! — возмутилась дачница в шортах, оглядываясь. — Нет, ну нормально?
— Может, им брильянтов еще отсыпать? — сказал кто-то.
— Наглость какая, и не стыдно же...
— Погодите, то есть воды не будет?
— Как это не будет, минуточку, сорок градусов...