Взгляд моего героя на улицу был пронизан тревогой и решимостью, хотя он знал, что ранний час скрывал неурядицы и приключения в мире торговца душами. Утренние лучи мелькали через заборы, создавая живописное мерцание на улицах города, где жизнь начиналась перед заветным будильником....
А еще красивую женщину с солнечной улыбкой и картины, которые она рисовала.
– Ну что ты? – оборотень бережно стер текущие по моим щекам слезы. – Все же закончилось.
– Да, – я всхлипнула, обнимая его крепко-крепко и давая волю слезам. – Закончилось.
ГЛАВА 20
Саманта Стэнтон сидела на стуле и безучастно смотрела в стену. Она потерялась весь свой лоск и уверенность. Ее платье измялось, волосы растрепались, а взгляд потух. Лена Стэнтон была совсем не похожа на ту женщину, которая запихивала меня в ванную с психотропами.
С момента взрыва в особняке прошло три дня. За это время я успела отоспаться, подлечить все мелкие травмы и даже вернуть родную внешность. Тагриан внимательно следил за тем, чтобы я восстанавливалась, а не нервничала по пустякам, но новости не скрывал.
Мы пока еще оставались в Келтоне. Приехавшие коллеги Тагриана быстро включились в работу. Обыск развалин, оставшихся на месте особняка Хартингтона, показал, что все, кто там находился, погибли. Хорошо хоть прислугу хозяин на ночь отпускал и случайных жертв не было.
"Единственным, кто мог прояснить эту жуткую историю, была подручная Кулиджа Саманта Стэнтон. Женщину арестовали той же ночью, и сейчас она ждала допроса, явно понимая: отвечать придется за все и за всех.
Дверь в допросную открылась и вошел следователь. Он сел, положил на стол диктофон и представился:
– Меня зовут Мариус Илви, я следователь по особо важным делам.
Женщину передернуло, и я хорошо поняла, почему. Такое сканирование просто превратит ее в овощ.
– Могу дать вам время подумать, – щедро предложил следователь. – Скажем, полчаса.
– Не нужно, – Стэнтон скривилась. – Я все расскажу
Она немного помолчала и начала говорить:
– С Арном Кулиджем я познакомилась десять лет назад, в Обертоне. Пришла устраиваться администратором в клинику, где он работал. Меня взяли, а через полгода у нас закрутился роман. Тогда я еще не понимала, каким человеком он был.
– Что вы имеете в виду? – поинтересовался лен Илви.
– Он был психопатом. Не умел испытывать эмоции, не умел привязываться, любить.
