Взгляд моего героя на улицу был пронизан тревогой и решимостью, хотя он знал, что ранний час скрывал неурядицы и приключения в мире торговца душами. Утренние лучи мелькали через заборы, создавая живописное мерцание на улицах города, где жизнь начиналась перед заветным будильником....
Хартингтон встал и рванулся в комнату жены. Я тоже поднялась, слегка шатаясь, и бросилась за ним.
– Вейн!
Он сидел возле неработающей капсулы. Ее крышка была откинута, и мужчина сжимал в объятиях свою жену, нежно гладя ее по волосам.
– Вейн, – позвала я тише.
– Уходи, – сказал он негромко. – Я не брошу Нессу.
– Ей нельзя помочь, – мне вдруг стало больно говорить. – Никак нельзя. И Гниль тоже бы не смогла этого сделать. Они тебя просто обманули!
– Теперь уже неважно, – Хартингтон осторожно прижал свою женщину к груди и поцеловал в висок.
В его глазах мелькнула такая боль и какая-то звериная тоска, что мне захотелось плакать. Даже несмотря на то, что этот человек был готов хладнокровно бросить меня на лабораторный стол, стало так жаль его. И его, и Ванессу. Пусть она была обречена уже много лет назад и все это время существовала, а не жила…
– Вейн…
– Уходи, – он почти что прорычал это. А потом обреченно добавил: – Я буду с ней до самого конца, как и обещал. Каким бы он ни был.
В ушах эхом прозвучал недавний вопрос Мерторна: «А вас кто-нибудь когда-нибудь так любил?» И я поняла, Хартингтон действительно никуда не пойдет. Даже если Тагриан силой вытащит его отсюда, он вытащит живой труп, а не живого человека. Сердце этого мужчины, его душа и смысл останутся здесь. И ему уже никак нельзя будет помочь. Ну почему судьба бывает так несправедлива?
- Прощайте, - прошептала я тихо.
- Прощай… - голос, похожий на шелест ветра.
На секунду зажмурившись, я развернулась и вылетела в лабораторию.
Взрыв раздался, когда мы бежали по берегу озера. Взметнувшийся щит защитил от жара и ударной волны, а когда она ушла, Тагриан остановился, сгрузил тело Дэмиана на песок и прижал меня к себе.
– Как ты?
– Цела, – ответила просто.
– Прости, что так долго. Я был в Келтоне, когда почувствовал твой сигнал.
– Ничего, – я покачала головой и уткнулась ему в грудь.
За деревьями полыхало зарево пожара. Трещала черепица, выли сингалки машин и что-то с тихими хлопками взрывалось. Огонь уничтожал старинный особняк, стоящий здесь неизвестно сколько лет, лабораторию, где творилась такая противная миру жуть, и тех, кто все это устроил.
