В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
Помнишь, как мы с тобой это делали?
– Мы же договорились, я помогаю тебе – и ты оставляешь меня в покое.
– Но ты же любишь меня. Ты бы не заступился за меня, если бы не любил… А я знала, что заступишься! – ликующе произнесла Алика.
– Хочешь сказать, что ты нарочно все устроила? – Макар уже и сам догадывался об этом, поэтому особо не возмутился.
– Ну, не совсем…
– Да нет, нарочно. Что ж, мой долг перекрыт многократно.
Он готов был простить Алике подлый трюк, которым она подставила под выстрел банкира, лишь бы никогда больше не иметь с ней никаких дел.
– Да, но тебе нравится исполнять этот свой долг. Я же знаю, тебе нравится заниматься тем, что ты сделал сегодня.
– Не нравится. И давай прекратим этот разговор.
– Ты пытаешься убежать от себя, Макар. И я пыталась убежать от себя. Думала, что все, хватит. А не хватит. Скучно сидеть без дела. Так скучно, хоть в петлю лезь.
– Ну так в чем же дело? Зайди в хозяйственный, купи мыла и веревку…
– А дальше что? На том свете тоже скучно. И на этом свете скучно, и на том.
– Хорошо, когда меня к тебе потянет, тогда и поговорим.
– Потянет, обязательно потянет. Но я уже могу быть с другим. Как бы не пришлось кусать локти.
– Я обязательно это учту.
– Не надо ничего учитывать. Надо всего лишь приехать ко мне. Приезжай, мы обо всем подробно поговорим.
– Скажи, у тебя есть гордость? – не выдержал Макар. – Неужели ты не понимаешь, что я не хочу иметь с тобой никаких дел? Ну почему ты такая упертая?
Алика промолчала и положила трубку. Что ж, гордость у нее, кажется, есть. Только хорошо это или плохо – вот в чем вопрос?
Глава 40"
"Не должен был Макар убивать банкира. Но убил. А потому его по ночам мучили кошмары. Вот и сейчас снился жуткий сон, будто Алексей Чемодуров стучит по оконному стеклу и требует впустить его в комнату.
– Ты чего? – спросила Кристина, когда он заметался на постели.
– Да так.
Осень за окном, холодный дождь стучит по жестянке подоконника, ветер швыряет листья на стекло, потому и приснилось ему, что покойник стучится к нему.
Больше года прошло с тех пор, а ему все снятся кошмары. А может, дело не только в Чемодурове? Может, его лишают покоя все, кого он отправил на тот свет?..
Полусонная Кристина обняла его, и он стал успокаиваться.
