В холодном и грязном бетоне под заложенными гранатами окопом Жора Варнавин чувствует себя как новорожденный на груди матери. Тихий вздох приближения рвоты противостоит только решимостью держаться низко, пока бронежилет Макара Бубнова не защищает его от могучего удара....
Действительно, с того времени как рубоповцы поставили «крышу» над фирмой «Кристи», бизнес резко пошел в гору и двадцать тысяч долларов – это уже не деньги.
– Я вас понял, Владимир Васильевич, – улыбнулся Макар. – Могли бы сразу сказать, а то какую-то Машу приплели… Пятьдесят тысяч долларов вас устроят?
– Вполне.
– А насчет Маши – это вы зря. Я с ней никаких дел не имею. А то вдруг вы Кристине что-то скажете? Мы ребенка ждем, ей нервничать сейчас нельзя…
– Так я и не собираюсь ей ничего говорить, – покачал головой Репухов.
Только Макар ему почему-то не поверил. Вдруг мент захочет поднять стоимость своих услуг, обратится с этим к генеральному директору, нарисует мрачную картину… Именно поэтому Макар сам все расскажет Кристине. Тем более она знает, почему Алика жила их в доме. Или до сих пор еще живет?
Глава 41
Сначала зазвонил телефон, а потом появилась она. Макар еще не успел ответить Алике, как увидел ее. Она стояла на обочине дороги, по которой он ехал, – с распущенными волосами, в черном кожаном пальто с роскошным меховым воротником.
– Привет! Я тебя жду! – сказала она по телефону.
– Я это понял, – вздохнул он.
Макар сменил номер своего телефона, и, казалось бы, Алика не должна была его знать. Но ведь знала. И какой дорогой он сегодня поедет, тоже знала. Она всем своим поведением давала понять, что ему никуда от нее не деться.
Как бы ни хотел он брать ее к себе на борт, но и проехать мимо не мог.
– Я тебе не помешала? – спросила она, заполняя своей темной энергетикой все пространство его представительского «Мерседеса».
– А как ты думаешь?
– Надеюсь, ты по мне очень соскучился.
– Ты уникальная личность, – усмехнулся Макар. – И с тобой не соскучишься, и без тебя не соскучишься.
– Зато я по тебе соскучилась, – недовольно произнесла она. Ей явно не понравился его ответ.
– И что?
– Но у меня есть гордость.
– Да, я в курсе.
– Ты не хочешь меня видеть, и я не должна тебе навязываться.
– Иногда ты говоришь умные вещи.
– Я могу уйти.
– Что, и даже чаю не попьешь?
– Если я уйду, ты не узнаешь, кто тебя заказал, – сказала Алика, пытаясь его заинтриговать.
– Кто, Кацевич?
– А тебя это не пугает? – с досадой спросила она.
Ей хотелось, чтобы эта новость прозвучала громом среди ясного неба, но Макар своей осведомленностью все испортил.
– Твой Кацевич – идиот, – занервничал Макар.
