Автор
Отметим на карте жизни черты прошлого, грустные эпохи и радостные моменты, что весят наше сознание настоящего. В будущем звездопадом падают мечты, а здесь – дождик осколков событий, оставляющих глубокие шрамы. Я бы нашел сотни причин, почему никогда не был счастлив сейчас....
Я тяжело дышал и пытался восстановить дыхание.
– Кирилл Авдеев, но лучше Кир. Вы ведь не местные?
– Вообще-то живем тут уже давно, но, видимо, этого недостаточно, чтобы стать местными. – Алиса легла на бок, подперев кулаком щеку, и взглянула на Кира.
– И где же вы живете? Почему я раньше вас не видел? – Кир приподнялся на локтях и посмотрел на меня сверху вниз.
– На Черепаховой горе, – тут же ответил я.
– Где-где?
Алиса бросила на меня взгляд, означавший «Ты что, совсем придурок?», и села в позу лотоса.
– На окраине города, дом на высоком холме.
– А-а-а, – протянул Кир. – Тот самый дом, где живет ведьма?
– Нет там никаких ведьм, – возразил я.
– Но так все говорят.
– Наша мама даже не рыжая. А у всех ведьм обязательно должны быть зеленые глаза и рыжие волосы, – серьезно заявила Алиса голосом профессора, будто только что защитила докторскую по ведьминским делам.
Иногда Алиса вела себя как настоящая ведьма. Возможно, для меня не стало бы удивлением, если бы она однажды подожгла взглядом свой школьный дневник, чтобы тот не попал в мамины руки.
– У ведьм не должно быть души, все остальное – фигня, – заключил Кир, жуя сухую травинку. – Так вы что, э-э-э, родственники?
– Он мой брат. – Алиса бросила в меня камешек. – Занудный младший брат.
– Просто вы…
– Непохожи?
Братом и сестрой скорее можно было назвать Алису и Кира: оба со светлыми глазами и волосами.
– Просто мама забрала Матвея из детдома, а теперь нам приходится терпеть его.
Еще с детства Алиса пыталась убедить меня, что я приемный ребенок, и, когда мои детские нервы не выдерживали, я со слезами бежал к маме: та показывала наши одинаковые родинки на сгибах локтей. Это успокаивало меня, и я крепко засыпал, завернутый в плед.
Не желая вступать в очередную перепалку, я зажмурился, наслаждаясь теплым летним ветром.
– Ладно… Похоже, я должен искупить вину.
Я все еще лежал с закрытыми глазами; от земли исходил холодок, проникающий сквозь одежду. Судя по звукам, Кир поднялся. Я, расслабившийся под теплом солнца, лениво открыл глаза и увидел протянутую руку Кира. В задумчивости глядя на раскрытую ладонь и длинные пальцы, я встал самостоятельно. Кир сунул руку в карман джинсов.
