Автор
Матвей, замкнутый подросток, скрывается от мира в книгах. После семейной трагедии он еще глубже уходит в себя, а дом наполняется ссорами и непониманием. Одна летняя встреча становится переломной, разрушая его представления о себе и других людях, открывая путь к новой жизни.
Раздел Chitat.online для книги «Тот самый» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Матвей, замкнутый подросток, скрывается от мира в книгах. После семейной трагедии он еще глубже уходит в себя, а дом наполняется ссорами и непониманием. Одна летняя встреча становится переломной, разрушая его представления о себе и других людях, открывая путь к новой жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Матвей, замкнутый подросток, скрывается от мира в книгах. После семейной трагедии он еще глубже уходит в себя, а дом наполняется ссорами и непониманием. Одна летняя встреча становится переломной, разрушая его представления о себе и других людях, открывая путь к новой жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Глава II
Маленький призрак
В маленьком замке на Черепаховой горе нас на самом деле было четверо. Каждое утро мы садились за накрытый стол в гостиной и завтракали: это единственная традиция, которая объединяла нашу семью. За спиной я всегда чувствовал призрак. Все чувствовали его, только никто об этом не говорил. Мы молчали. Алиса, я и мама. Мама молчала особенно громко.
Однажды в нашей жизни появился мужчина. Дом на Черепаховой горе подарил нам возможность почувствовать себя полноценной семьей. Мужчина, которого привела мама, частично починил водопровод и дверь в сарае. Он научил меня кататься на скейтборде. Сначала он появлялся, когда мы с Алисой были в школе. Мы быстро заметили присутствие постороннего человека в нашем холодном замке. Дом подсказывал нам о вторжениях чужака. Его появления выражались в кружке с еще не остывшим кофе, покрывшимся пленкой, в капельках воды на керамике ванны и в тяжелом запахе мужского одеколона. Много раз я задумывался: чем пах мой настоящий отец? Узнал бы я его, если бы увидел в толпе, или нет? Хотел бы он знать меня, своего сына, или ему было плевать? Может, он давно умер. Каждый вопрос оставлял в душе червоточину. Порой я мучил себя вопросами, на которые не существовало ответов, и моя душа превращалась в решето.
Осенью мама решилась познакомить нас с чужаком. «Надеюсь, – сказала она, хмуря брови, – он когда-нибудь сможет стать вам папой». У нас уже был отец. Мы не знали его, никогда не видели, но в наших детских головах давно сложился образ, и мы не хотели отпускать его так просто. Алиса представляла его космонавтом, погибшим на важном задании, я видел его храбрым полицейским. У него обязательно были темные вьющиеся волосы, как у меня, и голубые глаза, как у Алисы. Как-то я бежал по подъездной лестнице и не заметил соседку. Я задел ее, и круглые яблоки, выпавшие из пакета, покатились по заплеванным бетонным ступенькам. Как только я нагнулся, чтобы собрать их, она закричала:
– Маленький болван! Весь в свою непутевую мамашу! – Голос эхом разносился по лестничной клетке и хлестал меня по щекам. Я крепко сжимал яблоко, впиваясь короткими ногтями в подгнившую кожуру. – Понарожают от разных мужиков, а нам, соседям, мучайся!
Яблоко выпало из рук. Я вскочил и побежал, не оборачиваясь, а соседка с третьего этажа все кричала и кричала. Я бежал, зная, что от правды мне не убежать.
До того вечера меня не беспокоило, что мы с Алисой совсем не были похожи друг на друга. Я услышал скворчание масла на сковородке и обнаружил маму на кухне. Она стояла в старом халате, с заколотыми волосами, и что-то тихонько напевала под бульканье масла.
– Ты понарожала нас от разных мужиков, да? – спросил я у худой спины, приваливаясь к дверному косяку.
