Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
Инспекторов ГАИ на месте аварии уже не было, на другой стороне улицы молоденький сержант дорнадзора разговаривал в будке автомата по телефону.
Когда Денисов подошел, сержант открыл дверцу, закрыл трубку ладонью, сказал:
— Сейчас буду перегонять «Запорожец» на площадку у ВДНХ…
Там было кладбище попавших в аварии и брошенных владельцами машин.
Денисов вернулся к покореженному «Запорожцу», заглянул внутрь. Обивка салона выглядела тусклой, даже мрачноватой. Пахнуло табаком — Денисов узнал характерный запах: «Золотое руно»…
«При дневном освещении дознавателю придется произвести дополнительный тщательный осмотр…» — подумал он.
Сержант дорнадзора продолжал затянувшийся телефонный разговор: он ждал машину для транспортировки «Запорожца» и предполагал, видимо, заполнить беседой все оставшееся время.
Денисов не стал его больше беспокоить, вернулся в «газик».
Шофер-милиционер спал, откинувшись на сиденье, звук открывшейся дверцы разбудил его.
— К Нижним Воротам, — сказал Денисов. — Горьковское шоссе.
Погода успела измениться: пошел дождь. Было уже поздно, когда, выбравшись из Красного Строителя, они оказались на кольцевой автомобильной дороге. Движение замирало. Редкая цепочка убегающих огней впереди тянулась за горизонт.
До пансионата доехали неожиданна быстро.
— Вдобавок туман начинается… — перед концом пути молчавший всю дорогу шофер неожиданно разговорился.
Не услышав ответа, он включил «Маяк», приемник отозвался знакомой мелодией, хрипом. Шофер подкрутил регулятор.
Сквозь деревья показалось современное, из стекла и бетона, здание. Оно было темным, только внизу да еще в двух-трех окнах на втором этаже горел свет. Поодаль стоял другой корпус, по-видимому спальный, построенный еще в пятидесятых годах, с тяжелыми балконами, высокими потолками.
— Хотя бы не морозило! — водитель вырулил на площадку, к зданию подъезжать не стал. — А то сначала дождь, а потом стужа!
Денисов вышел из машины. Шофер что-то крикнул еще в открытую дверцу.
Инспектор махнул рукой.
«Что он хотел добавить? — подумал Денисов, посмотрев вверх. — „К утру обещают минус пятнадцать?“ или „Похолодания не ожидается“. Есть дни, когда нельзя не говорить о погоде».
Вход в пансионат был не заперт.
