Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
Мысли Денисова с упорством возвращались к единственной, казавшейся логически оправданной первопричине странных на первый взгляд поступков библиотекарши. Первопричина заключалась в том, что Белогорлова чувствовала себя обязанной человеку, который в трудную минуту пришел ей на помощь.
«Неважно, насколько в действительности искренней и щедрой была эта помощь, считала, видимо, библиотекарша. Важно, что, заподозрив что-то здесь, в Москве, она не обратилась в милицию — сначала к знакомым.
К Шерпу, к культурнику.
Денисову показался убедительным придуманный им пример:
«Человек узнает, что предан кем-то из самых близких Он потрясен. Он давно уже бросил курить, но сейчас больше всего на свете ему нужна сигарета. Он выскакивает на улицу. Никого нет… Но для него сигарета сейчас — вопрос жизни и смерти. Случайный прохожий протягивает ему пачку.
И здесь порог! Одни считают, что им дали только сигарету, что в общем верно. А другие — что им спасли жизнь.
Рядом с окном плыл зимний деревенский пейзаж.
Перелески в снегу, дороги, пропечатанные гусеницами тракторов. В лесопосадке на березах чернели гнезда.
В одном месте, внизу, под самой насыпью, показался дом с грудой пустых ящиков у стены.
«Магазин?» — подумал Денисов.
Сбоку, на крыльце, лежали две или три дворняги, дремали под стук колес.
Неожиданно локомотив взревел — впереди в неположенном месте кто-то переходил путь.
Давно рассвело.
"«Теперь уже ясно; человек, к которому Белогорлова испытывала чувство благодарности, преступник. Он пытался обманом вовлечь ее в свои дела.
Обманом? — Денисов переспросил себя. — Безусловно. Ни она, ни Шерп не пошли бы ни на что противозаконное. „Продать душу дьяволу?“ — уточнил Почтарев, когда я ночью в подъезде спросил его мнение о Шерпе. — „Никогда!“
Преступник их ловко обманывал!»
На середине пути между Москвой и Ожерельем опустевшая было электричка снова стала наполняться людьми: здешние жители тяготели больше не к Москве — к Ступину, к Кашире.
Преодолев инерцию, мысль проникала дальше: «Обведенный кружочком номер электрички в расписании поездов, обнаруженном в „Запорожце“. Белогорловой стало известно, что. кто-то приезжает или отбывает этим поездом. Но поезд ушел! События произошли только через час! Гладилин и Шерп были у ремонтирующегося здания и уехали, не дождавшись Белогорловой».
