Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
В ванной на стеклянной полочке стояло два стакана с зубными щетками и две мыльницы.
— Мы сейчас немного поговорим, — сказал Сапронов, представившись, потом, наверное, попросим вас временно перейти в другой номер…
Заметив изменившееся выражение лица собеседника, Сапронов уточнил:
— Постараемся, чтобы номер ни в коем случае не оказался хуже. И поможем перенести вещи. Это в ваших же интересах. А товарищи останутся пока здесь,
— Вот его кровать, — показал старик.
Кровать у окна была аккуратно заправлена коричневатым в полоску одеялом.
— Вот его шкаф.
В отведенной для второго постояльца половине Денисов увидел пальто деми, серую кроличью шапку, — В чем же он ушел? — спросил Сапронов.
— У него еще плащ с подстежкой. Кепка, — Большой меховой шапки, поинтересовался Денисов, — волчьей или собачьей, не видели?
— Нет.
— Шляпы? Резиновых сапог?
— Не видел.
«У него несколько нор, — подумал Денисов, — в той одежде он в пансионате не появляется».
— Ключей у него не видели?
— Ключи? — Бакинец пригладил усы. — Были. Я однажды машинально не в ту половину шкафа влез. Платок искал… Три ключа. На кольце. Два коротких, один длинный.
Сапронов заглянул в нижнее отделение шкафа, достал чемодан!
— Ваш?
— Тоже его.
Сапронов положил на кровать, осторожно открыл.
В чемодане ничего не оказалось, кроме пачки лезвий, металлического рожка для обуви. На дне лежали еще три или четыре рубашки и старый справочник для поступающих в высшие учебные заведения.
На тумбочке лежала книга со штампом пансионата — полученная в библиотеке.
— Вечерами сосед ваш, наверное, больше отсутствовал? — спросил Сапронов.
Старик кивнул:
— Я его мало видел.
— Приходил поздно?
— У меня снотворное. Засну — по мне хоть из пушек стреляй, — бакинец улыбнулся.
— А почему вы решили, что он недавно был? — спросил Денисов.
Старик посмотрел на него:"
"— Во-первых, ключ в дверях… Во-вторых, фотокарточка. Девица одна сфотографировала его за завтраком.
Аппарат такой — сразу карточку… Занесла потом, положила на тумбочку. И вот снимка этого нет.
— Порвал, наверное, — сказал Сапронов. — Или увез.
Не любит он карточки дарить… Кто там?
Дверь открылась. Это был Антон с одним из инспекторов,
— Звонил Бахметьев, — Сабодаш обращался к Сапронову. — Если мы здесь больше не нужны… — начал он.
— Справимся, — сказал Сапронов.
