Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
Скорее всего преступник укрылся именно там."
"— Внимание! — Денисов назвал позывной Сабодаша. — Проверьте верхнюю центральную часть. Шатер!
— Вас понял!.. — отозвался Антон. И через секунду: — Точно, здесь!
Тут же послышался выстрел — по звуку Денисов понял: стреляли не из ПМ.
«Преступник! Видимо, прошел по лежащей вверху доске к отверстию в куполе, к деревянным старым жалюзям».
— Бросай оружие! — услышал Денисов. Антон не выключил рацию.
Преступник ответил выстрелом. Вторая пуля попала в механизм древних часов. Послышался скрежет пружины — Денисову показалось, что простоявший много десятков лет механизм вдруг двинулся и часы примутся бить.
С шумом взлетели голуби. И почти сразу же, стоя на перроне, Денисов услышал глухой удар о кирпичную кладку. Старые, жалюзи, за которые, видимо, Чепан цеплялся, не выдержали, вместе с преступником рухнули с десятиметровой высоты.
По рации передали:
— Инспекторскому составу собраться у начальника отдела… — Бахметьев приглашал к себе в кабинет, к школьной доске, на разбор закончившейся операции.
Дело, начавшееся с нападения на библиотекаршу, было завершено.
Денисов оглянулся. Поезд, о прибытии которого объявили, казалось, много часов назад, только появился в горловине станции. По платформе тянулись встречающие.
Он посмотрел на часы:
«Звонить Лине рано… — Хотелось кому-то сообщить, как в детстве: — Я здесь, я вернулся!» — Дождь кончился.
Над заревом огней угадывались звезды, хотя кое-где вдоль Млечного Пути, словно шкура зверя, косматились черные, с неровными рваными краями облака."
