Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
— Средней, может, старшей группы.
— Клуб разрешает потомство только для собак с отличным экстерьером чемпионам породы, медалистам… — она улыбнулась терпеливой улыбкой взрослого, адресованной младшему. — В естественных условиях к самке пробивается самый сильный партнер. Отсюда прогресс рода! В условиях домашнего содержания собак вы вынуждены сами подбирать пары с учетом генетических особенностей…
«Видимо, только эти знания я и увезу из клуба служебного собаководства», — подумал Денисов.
— Но вы не волнуйтесь: постараемся найти вашу собаку!
Он не разделил ее оптимизма.
— Какое количество эрделей зарегистрировано в районе «Варшавской»? Я смогу узнать?
— Конечно. К метро сходятся четыре района, — она показала на папки в шкафу. — Собака где-то здесь.
Денисов достал блокнот:
— Разрешите взять несколько адресов? Выборочно.
Из тех, что ближе к метро.
Женщина улыбнулась:"
"— Возьмите Заратуштру. Чудесный пес. Экстерьер и прочее. Он от Хартбилля и Бланки-Феи.
— Словно имена грандов, — заметил Денисов.
— Традиция… — Она продиктовала несколько адресов. — Отличные собаки.
Или вот! Лэстер-Вэлт, Чонгарский бульвар… Как я упустила из виду?
Владелец Мучник… — женщина снова забылась. — Поздравляю. Сейчас и езжайте, пока он дома.
— Мучник не работает?
— На больничном. И позвоните мне. Это служебный телефон, а это домашний. Звонить можно в любое время.
Как ехать на Чонгарский, знаете? Рядом с метро «Варшавская», против стоянки такси. В двух шагах…
Визит Денисова пришелся Мучнику не по душе.
— Вы ко мне? — спросил Мучник.
— Да. Из милиции.
— Прошу.
Мучник провел Денисова в маленькую комнату с письменным столом, кушеткой и креслом, служившую, очевидно, кабинетом. Против двери в кресле лежала собака, о которой с восхищением говорила женщина-инструктор.
— Разрешите удостоверение, — Мучник показал Денисову на стул, сам устроился в кресле рядом с собакой. — А то! Не мне вам говорить…
Денисов достал документ, Мучник внимательно изучил его, вернул инспектору:
— Слушаю.
— Как-то в феврале вы стояли с собакой на стоянке такси.
