Спокойная боль в серых стенах дожищевского зала судебного следствия, где на вас смотрят трое: начальник отдела, осанку которого вы не узнаете, и два коллеги — один суетливый, другой спокоен. Вы знаете, что в этом месте все тихо и предсказуемо, а ваша жизнь зависит от этих слов....
— Что за мужчина заходил с тобой и с Паленовым в пивной зал? — спросил начальник линпункта, — Так это утром!
— Утром. Кто он? Откуда?
— Да разве всех упомнишь…
— Какой из себя? Обрисуй. Может, я знаю.
— В резиновых сапогах. «Ни с чем пирожок». Я и не запомнил. Они вдвоем ушли, с Паленовым. Теперь я здесь… — он показал на ящик из-под «Рома Негро». — А Паленов в милиции побывал.
— Раньше вы видели того — в резиновых сапогах? — спросил Денисов.
— Вроде встречал, — он покачал головой.
— Никогда ничего не случалось, — посетовал начальник линпункта, — а тут…
Они прошли несколько домов, свернули на ближайшую улицу.
— Сюда, — младший лейтенант свернул в калитку.
Мимо парников они подошли к терраске, поднялись на крыльцо. Изнутри кто-то невидимый за дверью тотчас отбросил крючок, хлопнул в сенях.
— Можно? Теть Рая! — окликнул начальник линпункта.
Никто не ответил.
Младший лейтенант открыл дверь. Они прошли терраску, вошли в комнату, отделенную дощатой перегородкой от остального помещения. Комната была пуста, только на диване у окна спал человек.
— Паленов… — позвал начальник линпункта. — Спишь?
— Хватит ему спать! Выспался… — послышался за перегородкой суровый женский голос. Безусловно, это была «Теть Рая».
Жена, а может, теща Паленова, очевидно, следила за каждым их шагом, едва они появились в проулке.
— А?.. — Паленов сбросил одеяло, сел. На нем был полосатый нижний гарнитур. — Ко мне? — он сразу узнал начальника линпункта.
— Оделся бы сначала… — раздался из-за перегородки тот же голос.
— Минуту! — Паленов соскочил с дивана, натянул брюки, свитер, сунул ноги в тапочки. — Теперь все в порядке…
Он, видимо, пил уже несколько дней, не брился, лицо казалось желтым, а в общем, был подтянутым, без живота, с копной хотя и седых, но не редевших на макушке волос.
— Мы насчет перстня, — сказал младший лейтенант.
Паленов забеспокоился?
— Купил. А что?
— Дорого?
За перегородкой скрипнула половица, потом снова воцарилась прежняя напряженная тишина.
Паленов шепотом назвал цену.
— Продавца знаете?
— Средних лет, неприметный такой… В резиновых сапогах.
— Он сам предложил кольцо?
— «Берите, — говорит, — вещь уникальная!» Да я и сам увидел! — Разбираюсь. Мы тут свадьбу недавно сыграли. Наверное, знаете. Дочь выдал. Ну, вот.
