Встреча в кабинете генерал-майора Орлова вызывает неловкость и тщательное обдумывание каждого слова. Но Лев Иванович Гуров и Станислав Васильевич Крячко не могут пройти мимо, когда их старый друг требует помощи в увлекательном расследовании прошлого. Здесь начинается история загадочного исчезновения, которую предстоит распутать, чтобы смыть грязь со следствия и вернуть имя к свету....
Может, он гениальный артист и вжился в образ так, что теперь и сам верит в свою беззаветную преданность Осипову?
— Стас, если он замешан в этом нападении, то должен был заранее продумать линию поведения и выдать нам свою версию произошедшего, причем правдоподобную. А ведь из него каждое слово приходится чуть ли не клещами вытягивать. Он понял, что я не шутил, когда сказал, что задержу его, и все равно молчал. Так что, на мой взгляд, Геннадий действительно предан Осипову. А разрешил я ему везде за нами ходить и все слушать, чтобы он поверил — мы действуем исключительно во благо Ильи Павловича.
— Понял: доверяй, но проверяй, — обобщил Крячко.
— Вот именно, — подтвердил Лев Иванович и спросил у Орлова: — Петр, ты собирался по своим каналам узнать, как Осипов в клинику Бурденко попал. Выяснил что-нибудь?
— Конечно. Щербаков ночью позвонил заместителю главврача — они, оказывается, давно знакомы — и все устроил.
— С какой стати? — удивился Гуров.
— А с той, Левушка, что во время Второй чеченской кампании Илья Павлович пришел к тому самому заместителю главного врача, рассказал, кто он и что, и предложил свои услуги, которые были приняты.
