Валькирия умирает, передавая свои бессмертные силы обычной девушке. Та вынуждена принять роль боевой полубожественной сущности и встать на путь опасной борьбы против темных сил, угрожающих миру. Ей предстоит освоить невероятные способности и разобраться в сложной игре богов и демонов, где...
– Как кто? Бывший повелитель мрака-с! Та часть его духа, что была заточена за Жуткими Воротами и охранялась стражем света, – голос Тухломона верноподданнически дрогнул.
– Двуликий Кводнон, что ли? – легкомысленно спросил Мефодий, заставив приемную тьмы содрогнуться. Длинная извилистая трещина прошла по потолку. Рыцарские доспехи в углу покрылись рыжими хлопьями ржавчины. Солдаты сорок второго римского легиона с картины, недавно присланной Лигулом, повалились штабелями, точно вместо германских дротиков по их строю прошлись из пулемета.
Улита, Арей и Мамзелькина воззрились на Мефодия с таким непередаваемым выражением, что он мгновенно ощутил себя недоумком, который притащил в дом артиллерийский снаряд и, пуская слюни, лупасит по нему дедушкиным молотком.
– Говорила я тебе про черный язык! Остальные могут вякать, а ты нет! Ты соображаешь, какие в тебе силы! Ты Буслаев! – набросилась на него Улита.
– Извините! – сказал Мефодий.
– А что с ним разговаривать! Глупость не лечицца! Чирикнуть струментом, и все дела! – мрачно сказала Аида Плаховна, наклоняясь, чтобы поднять упавшую косу.
– На меня разнарядки не было! – поспешно напомнил Мефодий.
– Ничего. К нам и самотеком товарищи поступают. Самоволкой дуба дають. За всеми не уследишь! Пущай контора потом отписывается, как и чего, – успокоила его Мамзелькина. Слово «товарищи» прозвучало в устах менагера некроотдела, как «товарышчччи», отчего приобрело особую хЫщность.
Однако Буслаев ощутил, что дальше ворчания дело не пойдет.
– Но разве дух Б.К. (на этот раз Мефодий был предусмотрительнее) находился в плену у света? – спросил он.
Улита покосилась на Арея, точно спрашивая у него разрешения. Тот кивнул.
– Кводнон недаром считается третьим всадником мрака. Он пришел в мир по следам великих… Один только Троян пережил его, но недавно и он канул в небытие… Безликий Кводнон – истинное лицо Двуликого Кводнона. Будучи поражен златокрылыми, Кводнон не может воплотиться ни в одном теле, даже в комиссионерском. Одна часть его существует то в лопухоидном мире, то в Тартаре. Ему-то и поклоняются Лигул и весь мрак, подкармливая и усиливая его эйдосами. Это, если можно так выразиться, абстрактное зло, лишенное личности… Другая же, деятельная, чудовищно опасная для всего живого часть Кводнона, неутомимая в злобе, томится за Жуткими Воротами. А знаешь что там, за Жуткими Воротами?
– Хаос? – неуверенно предположил Мефодий.
– Точно. Хаос изначально ничейная территория. Он не принадлежит ни свету, ни мраку.
