В серых резных скалах и редколесье мерцают оранжевые пятна костра. Ветер, словно проводник из другой жизни, дует сквозь уязвленные рубахи и заставляет головки Фомы и Дрона шевелиться в жаре. Здесь рысь и рысей нет, но лесный хозяин уже не первый раз подтверждает, что мир за пределами костра тих и спокойен....
Под ногами валялась полупустая бутылка, отблёскивая в искусственном свете зелёным стеклом.
– Зараза! – выругался Кирилл, обнаружив, что стоит один посреди комнаты. – Зараза! Не уйдёшь!
Он рванулся к распахнутому окну, успев заметить, как между кустов метнулся подол голубого сарафана. Она там!
В висках Кирилла бешено застучал азарт погони. Он любил это непередаваемое чувство волнения и силы, сливающееся вместе в последнем рывке перед стартом.
Махом преодолев широкий подоконник, Донцов сделал три глубоких вдоха, как перед ответственным соревнованием, и легко устремился в сторону рощи, стараясь не выпускать из виду голубую ткань, мелькающую среди белых берёзовых стволов.
Кирилл не особо напрягался – трудно ли спортсмену поймать в охапку испуганную бабу? Но ему хотелось не просто догнать, а наказать её так, чтобы не смела больше рыпаться. И он это сделает! Пусть царапается, кусается, даже хорошо. Борьба раззадоривает настоящего мужика. А уже через пару недель Кирилл въедет в просторную трёхкомнатную квартиру в престижном районе.
Ступая на носки, он обежал небольшую рощицу, прыжком перемахнул декоративный плетень с пластмассовыми черепами, светящими провалами глаз зловещим оранжевым светом, и остановился.
– Эй, Леший, кого ищешь? Присоединяйся к нам! – игриво окликнули его две девушки-ведьмы.
Он глухо спросил:
– Не видели Алёнушку в голубом?
– Не видели!
Закусив губу, преследователь прислонился к стене кокетливого домика и постарался вжаться в брёвна:
– Надоест прятаться и выйдет как миленькая. Никуда не денется. Ей вообще некуда податься – здесь остров, все люди на виду.
В пылу охоты Кирилл чувствовал себя гончей собакой, настороженной и чуткой. Нетерпеливо втягивая ноздрями воздух, он ждал добычу.
* * *Удивительно, как обостряются чувства в момент смертельной опасности.
Мозг работал чётко, пульс стучал ровно и, главное, не было противного липкого страха, который путает мысли и загоняет жертву в угол, обрекая на поражение.
Скромный домик с тёмными окнами она заметила сразу, как только выскочила в окно, предварительно ударив Кирилла по голове тяжёлой бутылкой шампанского.
