В серых резных скалах и редколесье мерцают оранжевые пятна костра. Ветер, словно проводник из другой жизни, дует сквозь уязвленные рубахи и заставляет головки Фомы и Дрона шевелиться в жаре. Здесь рысь и рысей нет, но лесный хозяин уже не первый раз подтверждает, что мир за пределами костра тих и спокойен....
Прогоняя непрошенные желания, он посмотрел вслед подругам на захлопнувшуюся дверь библиотеки, но наваждение не исчезало, мало того: с этого дня он взял за обыкновение проводить лекции по истории архитектуры именно здесь. Занялся конструктивизмом, брал чужих студентов, начал писать диссертацию об архитекторе, в горячке наляпавшем это ужасное здание, и всё для того, чтобы, обманывая самого себя, иметь полное основание приходить сюда как можно чаще. Он начал подумывать, что, наверное, стоит записаться в библиотеку, но это было бы слишком прямолинейно и банально.
Короче, к весне, презирая себя за слабость, Дмитрий осознал, что ведёт себя неадекватно, в точности как мальчишка, влюблённый в первый раз!
И это он, Димка Гук, вокруг которого, начиная с детского сада на углу Невского проспекта, хороводом кружились лучшие невесты.
«Невесты без места», – шутливо классифицировал Диминых подружек папа Серёжа.
Самые тёплые воспоминания у Димы остались от одноклассницы Лены Мишиной, подарившей ему в первом классе упаковку мятной жвачки – большой дефицит по тем годам.
Пару раз за весну Дмитрий, превозмогая смущение, что было совершенно на него не похоже, пытался познакомиться с Анной.
Один раз он подал ей руку в маршрутке, но она, вежливо кивнув, не обратила на него ни малейшего внимания, а второй раз купил ей мороженое.
Вскоре после этого, в перерыве между лекцией и проектированием заказа, на электронную почту «фонГук, собака, точка, ру», пришло письмо с телефонным номером и просьбой срочно позвонить в Олунец.
– Наверное, очередной заказ на элитный коттедж от простого олунецкого миллионера, – решил Дмитрий.
