В серые зимние сумерки, когда туман сковывает воздух и снег заливает улицы мелкими брызгами, Джошуа Кейн распознает в непроницаемой пелене знакомый образ. "Тринадцать" — это не просто повесть, а тревожная тайна, пронизанная загадками и стремлением к пониманию невидимого мира....
Неужели Биллу настолько улыбалась удача, что он получил обвинительный приговор в восьми случаях из восьми?
– Когда будете связываться с новостными агентствами на местах, постарайтесь получить весь изобразительный материал с судебных разбирательств. Там могут быть видео или фотографии толпы, присутствовавшей на процессе. Я думаю, что наш человек наблюдал за каждым разбирательством от начала и до конца. Есть шанс, что где-то он просто случайно попал в кадр, – сказал я.
– Шансов мало, но мы этим займемся, – ответила Дилейни.
Харпер встала и собрала свои записи – ей не терпелось приступить к работе.
– Этого достаточно, чтобы снять с Соломона обвинения? – спросила она.
– Не знаю. У Прайора хватает веских улик, которые он сегодня предъявит присяжным.
– А он и вправду не знает? – спросила Харпер.
– Говорит, что был пьян и ничего не помнит.
– Наверняка же кто-нибудь узнал бы его, если б он заглянул в какой-нибудь бар? – сказала Дилейни.
– Можно подумать. Но я видел запись с камеры наблюдения. Он был в темной одежде, бейсболке и с поднятым капюшоном. Многим знаменитостям сходит с рук прогулка по городу вроде Нью-Йорка, если они прикрывают даже…
Слова застряли у меня в горле.
– Дилейни, у вас есть список криминалистов ФБР в этом здании? – быстро спросил я.
– Могу достать. А что?
– Это в наших общих интересах, если Бобби уйдет от ответственности. Мне нужна ваша помощь, – сказал я.
Сперва Дилейни насторожилась. Встала, скрестив руки на груди.
– Если в этом нет ничего противозаконного, то мы могли бы протянуть руку помощи, – осторожно произнесла она.
– А вот с этим-то как раз могут возникнуть проблемы.
Дилейни вопросительно посмотрела на меня. Я улыбнулся и добавил:
– Правда, с юридической точки зрения это будет незаконно, только если мы спалимся.
Глава 51
Судебный пристав колотил в дверь уже почти десять минут. Была половина восьмого. Застарелый душок тушеных овощей в коридоре сменился ароматом яичницы. Большинство присяжных уже спустились вниз.
