В Тринадцатом IV мир переполнен тайнами и противоречиями. Вечернее сумраки и свечение магических факелов на улицах создают необычайную атмосферу, наполняющую каждый шаг звуки старой деревни. Здесь каждый знает цену хитростям, отступлению и дружбе, но больше всего — силе взаимопонимания....
— Лёш, привет, — девушка улыбнулась и присела на кровать так, чтобы её спина упиралась об подушку. — Не ожидала тебя увидеть.
Маргарита выглядела бледной, словно все её жизненные ресурсы уходили на отращивание новой руки. И даже некогда белые волосы приобрели пепельный оттенок. Розовые кончики исчезли. Алые губы потрескались, но это не мешало ей улыбаться. Рука девушки была замотана бинтами до самого плеча, поэтому то, что находилось под ней — оставалось загадкой.
От неё пахло травами, скорее всего, под повязкой специальная мазь.
— Приехал по делам и решил заскочить. Порадовать тебя, — я достал из пакета шоколадное яйцо, внутри которого обычно прячется игрушка, и протянул девушке.
— Ой, спасибо, — она взяла яйцо здоровой рукой и сняла обёртку из фольги, а затем разломала его пополам. — Ух ты! Мистер Гусь!
Рита показала мне маленькую фигурку жёлтого гуся в шляпе и с моноклем. Я добродушно усмехнулся.
— Ещё бы Мистер Гусь умел сам отмываться от шоколада.
— Лёш, ничего ты не понимаешь, — ухмыльнулась Рита и закинула в рот половинку от половинки шоколадного яйца.
— Тогда тебе понравится остальное.
— Погоди… Это всё мне? Все эти пакеты? — она заморгала, не веря мне.
— А кому ещё?
— Не знаю. Вдруг ты волонтёром в детском отделении работаешь. Всякое бывает.
— Нет. Если я и буду помогать больным детям, то отдельно. Не хочу сам на них смотреть. Знаешь… это тяжело. Так что я бы вызвал вместо себя аниматоров на раздачу сладостей.
А мысленно добавил, что этот поступок не только положительно скажется на моей совести, которая иногда подвывает по ночам, но и на репутации юного князя Воронцова.
— Ой, а можно посмотреть, что там? — попросила Рита и встала.
— Конечно.
Я положил пакеты на стол, и девушка первым делом достала шоколадки. Одну Рита утилизировала на месте, остальные оставила на потом.
— Ты не представляешь, как мне хотелось сладкого. Здесь кормят только здоровой едой, и мне запрещают выходить в магазин до конца лечения.
— Кстати, как продвигается создание новой руки?
— Идёт процесс формирования укрепления мышц. Но сейчас проще. Когда наращивали кости, я смотрела на это и рыдала.
— Почему? — нахмурился я.
— Это было не больно, моё плечо постоянно обкалывали обезболом. Но я видела, как целители раз за разом счищают корку, затем наносят свои смеси. Они буквально выстроили мне новые кости. А потом их шлифовали, как у скульптуры, представляешь.
— Ого.
