В центре Тринадцатого IX стоял непростой выбор — быть обвиняемым изменником или сбежать от безжалостного императора Романова. Несмотря на тщетные попытки избавиться от него, он все равно пригрозил силами и ума. Словно в подтверждение своей гневности — «Вы обвиняетесь в измене!» — слова, молотом швырнувшиеся в сердце главного заговорщика империи....
— Какой ко всем демонам ада свет? Мы с тобой только тьму нагонять умеем!
Я проморгался. Сознание постепенно прояснялось. Сейчас бы выпить литр воды разом и закинуться обезболом, но в этом месте навряд ли было что-то из перечисленного.
Нас бросили сюда умирать.
Я достал телефон, но связи не было. А зарядки осталось всего десять процентов. Если использовать его, как фонарик, то смартфон разрядится за считаные минуты.
Так, свет… нужен свет из другого источника."
"Я медленно поднялся. Стиснул зубы, чтобы не застонать, хотя рёбра адски болели.
Вытянул руку и сплёл одно из самых простых заклинаний. Это было плетение, рассеивающее ману. Но я его слегка преобразовал, сделав первую из нитей тоньше. Теперь свет рассеивался очень медленно, и заклинание смогло заменить нам фонарь.
Магический шар направился к потолку, и я, наконец, смог осмотреться.
На меня смотрели две ошарашенных пары глаз. Вот и нашлись мои некроманты! Но, прежде чем начать расспрашивать, как они умудрились оказаться в этой ловушке, я осмотрел стены.
В одной из стен виднелся тоннель метром в диаметре. И он резкой горкой уходил вверх, как сейчас попутно объяснял мне Макар.
— Уцепиться там не за что. Эти два придурка уже пытались по нему выбраться, — усмехнулся Макар, кивая в сторону некромантов.
— Понятно. Значит, мы в ловушке, — тихо ответил я.
— Да, в ловушке, — подтвердил очевидное Олег.
Он-то не понимал, что я отвечаю своему призраку.
— По горке наверх не подняться. Если вы не умеете летать, князь, — усмехнулся второй некромант.
— Летать не умею, — подтвердил я. — Что вы уже испробовали?
— Только это. Других выходов здесь нет, — пожал плечами Саша.
Его хорошо подлатали. Потому что для того, кто недавно получил пулю в живот, парень выглядел очень здоровым.
— Пиздят! — воскликнул мой мёртвый друг.
— Макар, хватит материться, — осадил его я, обернувшись к призраку. — Давай чётко и по существу.
— Ну, ты два дня в отключке лежал.
Два дня… Непозволительная роскошь. А самое ужасное, что отсюда я не чувствовал своей связи ни с Зубастиком, ни с первородным регатом. И оставалось только догадываться, что случилось наверху.
— И что выяснили? — спросил я у призрака.
Некроманты молча смотрели на меня, как на сумасшедшего. Видимо, решили, что я слишком сильно головой приложился при падении.
