Автор
Я очнулся среди захламленной тюрьмы, лужа крови и запах гниения — не мог поверить в реальность. Боль колотила меня по телу, но я поднялся, даже не понимая, как. Меня окутывала атмосфера безысходности и предательства, словно все вокруг пронизано злобой и недоверием.
Призрак умело прятался, поэтому выдавал своё присутствие лишь голосом. Я не стал отвечать, поскольку это могли заметить. Один из парней уже косился в мою сторону. Он кивнул мне, привлекая внимание остальных.
Трое обернулись, и ухмылка резко исчезла с их лиц.
За мной из здания вышел сорокалетний мужчина с неопрятной бородой. Он сегодня тренировался вместе с нами. Но я обратил на него внимание, лишь когда он спросил:
— Парень, ты чего тут голый стоишь с одним кирпичом в руках?
— Это мой талисман, — процедил я.
Он понятливо кивнул и спешно пошел к хлипкому забору, который огоражевал здание. А я направился к троице парней. И по пути с меня слетело злосчастное полотенце. Но я не остановился, чтобы поднять.
Не знаю, что парни увидели в моих глазах, или это их так кирпич напугал, но сигареты выпали из ртов на асфальт. Вот и правильно, не фиг курить!
Был ли смысл мирно просить вернуть одежду? Я об этом не думал. Как и о том, что Макар просил не драться его домом.
Встал напротив белобрысого, которого уже случайно отделал на тренировке. Но то было не специально, а он мстил вполне намеренно.
Свободная рука сжалась в кулак.
— Зря мы ему кирпич оставили, — произнёс один из парней и отшатнулся.
Второй тоже поспешил ретироваться. И рядом со мной остался лишь зачинщик.
— Эй, чувак, ты чего? — пролепетал белобрысый.
Я выдохнул с осознанием, что не стоит причинять ему тяжкого вреда за банальный прикол. Поэтому ударил не кирпичом, способным размозжить череп, а кулаком.
Хулиган не сопротивлялся. Видимо, от страха забыл как драться. Он отшатнулся и упёрся об стену. Выронил мой рюкзак и схватился за нос.
— Да ты псих, — промямлил он. — Ты мне ещё за это ответишь!
— А ты придурок, — буркнул я, поднимая свой рюкзак.
— Грёбаный аристократ. Вас всех надо на костре сжигать ещё при рождении, — процедил парень.
Видимо, в драку он лезть побоялся и решил как-то выкрутиться с помощью ругательств. Однако меня они не задевали.
— Я не аристократ, — спокойно ответил я. — И знаешь, честь человеку даёт не происхождение, а поступки.
— Философ нашелся. Не тебе меня учить, урод…
Из носа парня не переставала сочиться кровь, отчего голос стал хриплым.
Я ухмыльнулся и ответил:
— А тебе лучше поскорее до больнички добраться. Нос вправлять будет крайне болезненно.
Сказав это, я обернулся и пошёл обратно. Так голым и дошёл до раздевалки. Не стал забирать упавшее в лужу полотенце.
