Алексей Воронцов, единственный укротитель регата, сталкивается с появлением первородного монстра в учебном лагере. На фоне приближающихся имперских соревнований он вынужден бороться с врагами, стремящимися его уничтожить. Все планы рушатся, когда непредвиденные события угрожают его жизни и...
Раздел Chitat.online для книги «Тринадцатый VIII (СИ)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Алексей Воронцов, единственный укротитель регата, сталкивается с появлением первородного монстра в учебном лагере. На фоне приближающихся имперских соревнований он вынужден бороться с врагами, стремящимися его уничтожить. Все планы рушатся, когда непредвиденные события угрожают его жизни и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Алексей Воронцов, единственный укротитель регата, сталкивается с появлением первородного монстра в учебном лагере. На фоне приближающихся имперских соревнований он вынужден бороться с врагами, стремящимися его уничтожить. Все планы рушатся, когда непредвиденные события угрожают его жизни и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И они хватали всех призраков, что встречались им на пути! Ну, кроме моих, которых фиг изгонишь!
Всего три секунды, и Шолоховы остались без своих привидений. А потому что не додумались привязать их к предмету, а не к месту!
Ментальные атаки на меня не подействовали, поэтому теперь из толпы гостей вышли видящие маги. И Михаил Шолохов во главе.
Лицо невольно растянулось в злобной ухмылке. Ох! Как же давно я ждал этого момента! Месть — это всегда самое желанное блюдо.
— Ты ответишь за всё, что сделал, — процедил я.
— Мы ещё посмотрим, кто ответит! — бросил он мне. — Сперва я уничтожу тебя, а потом и весь твой род!
Я прикрылся куполом, из-под которого мог колдовать. Успел вовремя! В него тут же полетели всевозможные плетения.
Я был один, а Шолоховых в этом зале собралась вся большая семья. Конечно, кроме детей.
Но не зря я столько тренировался. И пусть пока не сдал экзамен на мастера, но мне уже было что противопоставить рангам выше моего.
Пётр Александрович прекрасно натаскал меня по защите. И сейчас купол стоял. Я чувствовал в воздухе тепло от магии, но ни одна частичка света не проникла за барьер.
Настал мой ход.
Зубастик кружил над поместьем, и я отдал ему команду спускаться. Однако дом Шолоховых окружал огромный купол. И через него без разрешения хозяина дома было не пройти.
Но для Зубастика это не стало проблемой. Он воспарил над куполом и выпустил вниз шквал магического огня. Питомец транслировал происходящее через образы. Ух! Это было мощно!
Всего три секунды натиска магического пламени, и купол треснул! Осколки полетели к земле, постепенно растворяясь. И Зубастик проник внутрь.
Он навис над особняком. И подпалил его. Огонь охватил целую стену! И теперь мне оставалось дождаться, пока он распространится.
В зале запахло гарью. Горели деревянные перекрытия.
— Пожар! — закричал слуга, ввалившийся в зал.
Воцарился шум и гам. Все захотели покинуть поместье. Но Михаил Шолохов не дал своим родственникам спастись. Ох, так сильно он меня ненавидел!
Пока царила суета, я приказал Макару освободить маму, Свету и Женю. Это было не сложно, стоило лишь вырубить охрану.
Так что когда Михаил Шолохов заорал:
— Никто не выйдет отсюда, пока Воронцов жив!
Члены моей семьи уже встали за моей спиной. А я растянул свой купол, чтобы прикрыть и их.
— Они будут страдать. За то, что сделали с Сашей и Павлом, — процедила сестра и стала выводить первое плетение.
Мы все начали колдовать. А призраки тем временем значительно сокращали популяцию Шолоховых в этом поместье.
Но эта семья состояла сплошь из сильных магов, которые смогли отразить большинство наших атак. Но о запретных заклинаниях они не знали. Хах!
— Прикрывайтесь щитами и уходите! — велел я своей семье.
— А ты? — спросил Женя.
— А за меня не переживай.
