Он опустился настолько, что его вообще уже ничто не могло заинтересовать, подобно тому, как глубоководную рыбу не трогают штормы, бушующие на поверхности океана.
Равик вернулся в «Энтернасьональ». На душе у него было ясно и легко. Теперь уже ничто не помешает ему, все осталось позади. Сегодня он переедет в отель «Принц Уэльский». Правда, в запасе есть еще два дня. Но лучше ждать Хааке, чем упустить его.
XXVIII
Равик спустился в холл «Принца Уэльского». Зал был пуст. Портье сидел за конторкой и слушал радио. В углах холла прибирались уборщицы. Равик посмотрел на часы напротив входа. Пять часов утра."
"Он поднялся на авеню Георга Пятого и прошел к ресторану «Фуке». Ресторан уже был закрыт. Равик остановил такси и поехал в «Шехерезаду».
Морозов стоял у входа.
— Безрезультатно, — сказал Равик.
— Я так и думал. Сегодня и нельзя было ожидать иного.
— Почему? Сегодня исполнилось ровно две недели.
— Абсолютная точность в подобных делах немыслима. Ты все время находился в «Принце Уэльском»?
— Да, со вчерашнего утра и до сих пор.
— Он позвонит тебе завтра, — сказал Морозов. — Быть может, сегодня он занят. А может, выехал из Берлина на день позже.
— Завтра утром у меня операция.
— Утром он звонить не станет.
Равик промолчал. Подъехало такси. Из него вышли наемный танцор в белом смокинге и бледная женщина с крупными зубами. Морозов распахнул перед ними дверь. Вся улица вдруг заблагоухала духами «Шанель». Женщина слегка прихрамывала. Ее партнер, расплатившись с шофером, вяло поплелся за ней. При свете ламп глаза женщины казались зелеными. Зрачки превратились в крохотные черные кружочки.
— Утром он наверняка не позвонит, — сказал Морозов.
Равик ничего не ответил.
— Оставь мне ключ, я зайду к тебе в отель после восьми и посижу у телефона, пока ты не придешь, — предложил Морозов.
— Тебе же надо выспаться.
— Не важно. Прилягу на твою кровать, если захочу. Уверен, что никто не позвонит, но охотно подежурю, если это тебя успокоит.
— Операция продлится до одиннадцати.
— Ладно, договорились.
— Вот ключ. Возьми.
Морозов спрятал ключ. Затем достал коробочку с мятными лепешками и предложил Равику. Тот отказался. Морозов высыпал на ладонь несколько лепешек и поднес ко рту. Они исчезли в его бороде, как маленькие белые птички в густом лесу.
— Освежает, — пояснил он.
— Приходилось тебе когда-нибудь торчать целые сутки в комнате, уставленной плюшевой мебелью, и ждать? — спросил Равик.
— Приходилось торчать и подольше. А тебе нет?
— Случалось и мне, но тогда я ждал совсем Другого.
— А книгами ты запасся?
— Да, но не прочел ни строчки. Сколько тебе еще стоять?
Морозов открыл дверцу такси, доставившего нескольких американцев, и впустил их в «Шехерезаду».
— Часа два, не меньше, — ответил он, вернувшись.