В мрачном лабиринте из тонущих обломков и древних камней оживают забытые легенды — в мире оборотня, кровавых сражений и тайных заговоров. "Трое из Леса: Вторая трилогия" живописует мрачную атмосферу, где каждая звезда надежд меркнет под могучими когтями страха и отчаяния....
Ни разу не встретил ребенка, не услышал детские голоса, даже подростков нет, а только те, кто затонул, чьи обломки выбросило на жизненный берег здесь, среди подобных гниющих отбросов.
Вход в пещеру он заметил издали. Возле нее четверо играют, конечно же, в кости. Еще двое на костре жарят рыбу. Никто вроде бы не охраняет вход, но как ни пытайся к нему подойти, обязательно помешаешь либо игрокам, либо рыбистам."
"Он долго карабкался в обход, взобрался слева от входа повыше, ударился, обратился в волка, полежал, приходя в себя, а потом толкнул намеченный камень.
– Что за черт? – крикнул один из тех, кто жарил рыбу.
Он поднял глаза и успел увидеть, как за спинами глядящих на него игроков крупная черная тень скользнула ко входу в пещеру.
– Волк! – заорал он.
Стражи оглянулись, руки сразу выхватили мечи, но все было тихо. Один игрок рыкнул сердито:
– Какой волк полезет в пещеру?
– Я сам видел! А кто, по-твоему, камень свалил?
– Сам упал.
– Дурак!
– Да? Подойди ближе и скажи еще раз.
– Да пошел ты… Не веришь – не надо.
Игрок сунул меч и снова взял стаканчик с костяшками в руку.
– Если даже и волк, то больной или бешеный. Там его сразу зарубят.
Стены широкого туннеля мелькали с такой скоростью, что сливались в пестрые ленты. Но никто не погнался, он замедлил прыжки, а потом и вовсе перешел на шаг. Свет был далеко в глубине, а здесь полумрак, но волчье зрение и острый нюх давали картину куда ярче и насыщеннее, чем могут узреть те жалкие существа, что собрались в пещере…
Он замедлил шаг, потом прижался брюхом к вытертому подошвами камню, прополз.
Воздух в пещере спертый, душный, сильно воняет крепким мужским потом, кислыми шкурами, кислым вином. Полумрак, подумал Мрак, но это для меня полумрак, а эти все пробирались сюда почти в темноте. Или же при свете факелов, которые потом зачем-то погасили?
Он смотрел и не верил глазам. В пещере чинно расположились сотни мужчин, а сам воздух, как сказал бы мудрый Олег, пропитан насилием. При каждом дубинки, мечи, ножи, а все как на подбор – матерые, крепкие, звероватые.
