В этой книге мир тихо останавливается, словно замедленная кадр. Женщина медленно прижимается к тебе, её движения мягких как мелодия ночи, но твоя кожа уже горит под ними, словно салфетка в жару. Здесь ты слышишь каждый стон и каждое дыхание — это то, что задерживает время, останавливая сердце читателя....
Мы заметили, что вы с Юрой… Не особенно любите друг друга.
Ха, слабо сказано!
— Мы предлагаем повысить вам рейтинги историей любви.
— Чегооо???
Ну не смогла сдержаться, каюсь. Провинция, что с меня возьмешь. Но, может, они не в курсе, что Юра у нас — гей? И проститутка?"
"— Да, — воодушевляется продюсер, — прекрасная история «От ненависти до любви». Вы сначала ругаетесь, потом деретесь даже, а потом мы ставим вас в один номер, и вас связывает музыка!
Я, открыв рот, перевожу взгляд на куратора Сашу, нормального парня, который нам всегда помогает и вообще душка.
— Да, Тата, это оживит и ваши с Юрой рейтинги, и шоу. Нет ничего лучше, чем история любви, родившейся на проекте.
— Так. — Продюсер начинает сразу накидывать варианты, — делим на три, а, возможно, и четыре программы. Экскурс в прошлое, надо в архивах глянуть. Потом отдельно снимаем спор. Нужно будет сделать по парочке интервью, где вы признаетесь во взаимной ненависти.
Тот кивает, записывает.
— Дальше, — продолжает продюсер, — идет драка. Ты, Тата, налетаешь, Юра тебя сдерживает, вообще ведет себя по-мужски, надо продумать конфликт, дай задачу сценаристам, Саш. И потом уже совместная песня… В перерывах еще мнения других участников, противоположные, естественно, нагнетаем… А вот потом…
— Подождите!
Мне приходится повысить голос, чтоб прервать поток бреда.
— Но это же… Ну… Неправда!
— И что?
На меня смотрят три пары невероятно удивленных глаз. Они реально не видят ничего особенного в подстроенной для рейтингов истории любви. В том, что мы, реальные люди, будем изображать непонятно что, кривляться, а, возможно, даже и целоваться на камеру, ненавидя друг друга.
И мои родные… Черт! Мой Сережа, мой медведь, будет на это смотреть… И верить? В то, что я с этим.
Я смотрю на Юру, надеясь, что он хоть как-то даст понять, что это все бред, но натыкаюсь на оценивающий холодный взгляд. Он ухмыляется. Кривит полные, чуть подправленные филерами губы.
Я, помимо воли, представляю, что мне с ним нужно будет целоваться, и сразу чувствую дурноту.
Бред. Это же бред!
— Это же бред!
— Тата, — мягко, уговаривающим тоном, произносит Саша, — это не бред. Это шоу. Ты знала, на что подписывалась.
