– Ну что ты, глупая, морщишься, это же быстро! Можешь не смотреть! Как лошадь за узду, рвани – и всё!
Симка ответственно постаралась выполнить приказ, но руки у неё дрожали, и грязный, окровавленный бинт проскользнул через пальцы. Коржанская, поняв, что толку от цыганки не будет, со вздохом отстранила её, намотала бинт себе на руку и рванула. У неё вырвался хриплый вскрик, из едва поджившей раны засочилась кровь. Симка, охнув, зажмурилась и запищала:
– Да что ж это ты творишь, товарищ комиссар… Это ж просто зверство! Надо просто травку приложить, и всё на третий день заживёт!
– Какую тут, к чертям, травку… – сквозь зубы процедила бледная Коржанская, зажимая рану чистым бинтом. – Я, знаешь, не слишком разбираюсь в знахарстве…
– Дозволь, принесу! – вскочила Симка. – Очень даже простая травка, повсюду тут растёт у реки! Цыгане ей завсегда лечатся! – и, не дожидаясь согласия, вынеслась за порог.
Вернулась она быстро и победоносно вывалила на стол целую пригоршню мелких листьев, на которые Ванда посмотрела с крайним недоверием. Симка, впрочем, не обратила на этот взгляд никакого внимания, споро растёрла в ладонях принесённую траву и поднесла горсть зелёной кашицы к плечу Коржанской.
– Оп-п! Вот так! И примотать! Давай-ка конец, вот, хорошо… Ну и всё! Уже завтра подживать начнёт! Моя бабка всегда так делала!
– Думаешь, поможет? – Коржанская с сомнением наблюдала за тем, как Симка заканчивает перевязку.
– Хужей уж наверняка не будет! – заверила Симка, ловко собирая с пола просыпавшиеся листочки. – Тебе теперь отдохнуть бы.
– Верно, так и сделаю, – медленно сказала товарищ Ванда, проводя ладонью по лбу, и Симка только сейчас обратила внимание на серые тени у её глаз. – Завтра очень рано вставать. А ты иди на двор, там тебя покормят. Но никаких танцев перед бойцами, понятно?
– Почему-у-у?.. – заныла Симка. – Товарищ комиссар, да какая же от моей пляски беда, кроме радости? Людям весело, мне весело…
– Потому что тебе надо учиться, а не кривляться за куски! – отрезала комиссар. – Привыкай к другой жизни, она у тебя скоро начнётся. Думаю, что и всех цыган со временем переучим.
Симка осторожно пожала плечами, не рискнув возразить.
– Чем вы занимаетесь в таборе? – с неожиданным интересом спросила Коржанская. – Враньём, воровством?
– И вот грех тебе этак говорить! – обиделась Симка.
