Автор
В коридорах больницы Антон шел по кругу, натягивая одежду. Здесь и там размещены плакаты: медицинские абляторные процедуры на виду у пациентов. А Леваков снова скупо хмыкнул и вздохнул, словно дождь из-за двери несется прямо в его душу. Внезапная реакция Мариной на очередной диагноз — это лишь начало, но Антон чувствует, что уже знает эту сцену слишком хорошо....
Я не стала оборачиваться, предпочитая оставить между нами эту недосказанность, дистанцию, которая помогала окончательно не сломаться. Однако Шестаков оказался более настойчивым, он быстро нагнал меня, схватил за руку и силой потащил за собой.
– Отпусти! – воспротивилась я.
– Я тебе сказал, что мы поговорим, хочешь ты того или нет! – прорычал Витя. Он открыл дверь своей машины и запихнул меня в салон, словно мешок картошки. А потом громко хлопнул дверцей, кликнув по кнопке сигнализации. Замки закрылись. Я запаниковала, дергая безуспешно ручку.
– Выпусти меня! – крикнула я, когда он уселся на водительское сиденье и завел двигатель.
– Выпущу, как только расскажешь правду.
– Правду? С чего вдруг, Витя? Какая муха тебя укусила? – язвительно прошипела, поражаясь тому, что судьба нас вообще столкнула спустя столько времени. А судьба ли это была…
– Ты права, – он повернулся ко мне, взглянув этим немигающим строгим взглядом.
– Надо было тогда схватить тебя и пытать, пока не заговоришь, – продолжил Шестаков спустя минуту молчания.
Глава 10 - Рита"
"Загудел мотор, в салоне заиграла приглушенная иностранная мелодия, погас свет. Впереди появилась машина, ослепляя нас светом фар. Я прищурилась и будто снова вернулась в тот вечер, что разрушил наши отношения, отнял у меня мечты и любовь.
Я сидела в красивом нефритовом платье, ждала Витю, который ушел поговорить с матерью.
– Выйдем? – это был не вопрос, пусть в нем и звучали подобные интонации.
– Зачем? – спокойно ответила я, отвернувшись. От Акима исходил запах пота, но ненавязчивый, его перебивал мужской парфюм. Слишком терпкий, горький, мне захотелось зажать нос, а лучше отсесть.
