В камере наручников я страдаю под жестоким надзором стражника, но мольба к свободе держит меня на позиции. Его взгляд проходит сквозь плоть, но он понимает: я не сдамся. Это написано в тяжёлой атмосфере заточения и жестокости, где даже мольба к свободе — это вызов.
Кажется, впервые с нашего знакомства откровенно, ничего не умалчивая. Не думала, что, раскрывшись, начну чувствовать себя настолько легко. И уж точно не предполагала, что сам Вилар отнесётся к моему происхождению столь спокойно.
Он с интересом расспрашивал меня о Земле, жизни в приюте. И я как на духу рассказывала, как бывало сложно, про первые драки и слёзы, нашу с девчонками дружбу против всех, про любимых, но строгих воспитателей и походы в театры, музеи, на пикники. Потом разговор перешёл к Вилару. И я уже слушала рассказ о его обучении воинскому делу о путешествиях по стране, о сложных отношениях с отцом и почти забытых воспоминаниях о матери.
– Расскажи мне об истинных, – попросила, когда день уверенно приблизился к вечеру.
– Я признался тебе, что ты моя истинная ещё в наше путешествие, но ты лишь сейчас решилась спросить? – прищурил он красные глаза, но на губах засияла улыбка.
– Раньше я не верила. Я до сих пор не верю. Даже не в истинных. В то, что я не человек. Даже не ведьма, а феникс.
– Понимаю, – Вилар потянулся ко мне, взял за руку.
Он весь день мимолётно касался меня, кажется, даже не осознавая в полной мере этих жестов. И смотрит, будто любуется.
– Чтобы понять истинность, надо понять, кто такие драконы и фениксы. Мы можем стать единым целым, но мы невероятно разные. Драконы вмещают в себе человеческую и животную сущность, объединённые силой стихии. Фениксы – сама стихия. Птица – лишь форма вашей прародительницы, которую вы неосознанно принимаете.
– Её ведь так и звали? Феникс?
– Да, Феникс и Драгон, олицетворение материи мироздания и четырёх стихий. Они встретились на заре сотворения мира, породили эти земли и своих первых детей. Если говорить кратко.
– Марая так и не сводила меня в Храм Драгона.
– Успеешь. Там красиво.
– Ты так и не сказал, в чём заключается истинность, – поторопила я.
– Драконы – держатели стихии, а фениксы – её олицетворение.
– Всё-таки это больше магия."
"– Это идеальная совместимость, путь к которой указывает наша магия. Сила фениксов и драконов огромна, и лишь в идеальной паре возможно потомство, которое удвоит способности родителей и передаст их в будущее. Но я понимаю, о чём ты. О любви.
– Да, – на выдохе произнесла я и отвела взгляд.
