В телефоне раздался последний звонок, Андрей торопливо выскочил на улицу за зарядным устройством. При входе в офис услышал странные возмущения Любы – его давнего приятеля, теперь уже подозреваемой в несуществующих преступлениях. Опоздание и недовольство делают атмосферу офиса напряженной и ожиданием, словно все знают тайну Любы....
Люба говорила про жену Уварова, про их странные для нормального человека отношения, но правду ли сказал Любе сам Уваров?
— Я имею право увидеться с этой мерзавкой! — выдала она окончание словесного потока.
— Не имеете. Вам же лучше не встречаться с подозреваемой, сохраните свое душевное здоровье, — заметил я мягко.
— Какая она подозреваемая? Она убийца!
— Пока вина не доказана — подозреваемая.
— Не доказана? А какие доказательства вам нужны? Проститутка должна была к вам в кабинет прийти, и на ваших глазах моего мужа убить? — сузила глаза она.
Вот оно! Слово «проститутка» было произнесено буднично в общем истеричном потоке. Без кривляний, брезгливости, а как факт.
У них с Уваровым было обычное партнерство, и у жены нет эмоций по поводу того, что муж пользует проституток? Или здесь что-то иное? И для чего такая птица явилась в отделение устраивать скандал?
— Сейчас у меня много работы. Мы можем назначить удобное нам обоим время, встретиться и поговорить? Вы бы могли помочь следствию.
— Да-да, конечно, — закивала она, и снова истерично, нервически.
Зрачки чуть сужены. Стресс? Наркотики?
Пусть мы и договорились насчет встречи, но мне пришлось выпроваживать новоиспеченную вдову еще минут десять. Она то позволяла мне продвинуться на шаг к кабинету полкана, то хватала за руку, чтобы сообщить как любила мужа, и как мечтает отомстить.
Нет, Любе точно нельзя в СИЗО. Её там банально убьют.
Наконец, я вырвался из хватки, и постучал в кабинет полковника.
28
Состояние у меня какое-то… не знаю, состояние отупения. Выдохлась, устала, наговорилась до боли в горле, навспоминалась до ломоты в затылке. И ничего не осталось — ни ненависти к себе за решения и поступки, ни сожалений об убийстве. А это было именно убийство! Даже на брата мне впервые за долгое время плевать. Да и на себя, в общем-то, тоже. На себя плевать в большей степени. Потеряла я виденье своего будущего.
Плевать. На всё плевать. Разве что горечь и вина неуютно копошатся на краю сознания — из-за Руслана. Нормальному, здоровому ментально мужчине не повезло встретить такую бедовую идиотку как я. Металась как блоха на помойной собаке, творила дичь словно под метамфетамином, и вот он результат.
