В детстве прошло сто лет назад, но здесь оно не прошло - это жгучее воспоминание о юности и страстной любви. Молодой человек швырнул кулак в стену с так бешеной силы, что обездвижил его руки в кровавых костяшках. Девушка лишь пытается отвести взгляд от раны, но голос её дрожит, скрывая волнующую трепетность....
— Что ты… почему… Да как с тобой вообще разговаривать, не пойму. Что ты все за меня решаешь? Как я за все это расплачусь. Ты меня даже не слушал. Все сам решал.
— Хватит, Вась. У тебя кредит, вот за него и плати, а ремонт я оплачу сам, хорошо?
— Нет, не хорошо. Не хочу, чтоб я должна тебе осталась.
— Я что, не могу о тебе позаботится? — я тоже разозлился.
— С какой стати? Ты обо всех заботишься?
— Если есть возможность, то почему бы и нет. И перестань истерить. Кого бы ты нашла ремонт делать? Или думаешь, что какая то тебе госпрограмма оплатит ремонт труб в квартире, да как же.
— Что? — у Васьки разве что пар из ушей не шел.
Тут у меня вновь зазвонил телефон, будь он не ладен.
— Да.
— Гром, не получится сегодня. Проблема есть. Давай завтра встретимся.
— Без проблем, случилось чего?
— Потом, ОК?
— Хорошо.
— Воот… И я с тобой дома сегодня. — улыбнулся я Птичке и приобнял ее за плечи, она вырвалась и ушла на кухню шуршать в холодильнике и по полкам. Может еще чего приготовит.
Васька дулась весь вечер, пыхтела, огрызалась. Но ужин приготовила и даже пригласила за стол. Я улыбался, счастлив был до безумия. Ложку дегтя в мою радостную физиономию вносило воспоминание об утреннем состоянии Птичкиной.
Девушка уже в часов восемь ели на ногах держалась.
На мой телефон вновь звонок.
— Гром, ты мне нужен. Приедешь на квартиру ко мне?
— Когда?
— Сейчас.
— Буду.
Я постучал в комнату к Васе, она сонным голосом позволила войти.
Птичка уже в пижаме лежала под одеялом с полуоткрытыми глазами.
— Разбудил, Вась? — спросил я. Хотелось нырнуть к ней в кровать и прижать к себе такую теплую, нежную и сладкую.
— Нет, но я собиралась пораньше лечь сегодня."
"— Конечно. Птичка, мне уехать надо по делам, я дверь закрою на верхний замок, ключи оставлю у зеркала, если что.
— Антон, ты можешь не отчитываться, я уже взрослая, все понимаю.
Присмотрелся к Птичкиной и не сразу догадался о чем она. Ревнует, Снегурка моя. Подошел к ней, сел на кровать и притянул к себе ее лицо, поцеловал в губы,… как всегда забылся и чуть не остался. Пришлось отрываться.
— У Шторма проблемы какие-то.
