Автор
В глубокой ночи ты решаешь осмотреться в старом учебном здании. Комната биологии остается за закрытыми дверями, а лишь тусклое свечение подсвечивает твое приближение. Ты чувствуешь себя одиноко и незащищенным, как будто тебя следят со стен до потолка.
Он смотрит завороженно на свои пальцы, слишком грубые и темные на моей груди, облизывает губы, затем вскидывает на меня абсолютно черный, абсолютно шальной взгляд. И я пораженно тону в нем. Воздуха в машине нет, он полностью сожжен нашим огненным дыханием.
— Маленькая… Я просто… Я…
Он что-то говорит, бессвязно, странно, горячо, и я, словно завороженная, не понимаю смысла слов.
А легкое сжатие пальцев выбивает из груди стон. Тихий и жалобный.
Я безмолвно прошу пощады, не в силах вообще сделать хоть что-то для своей защиты.
Не в силах справиться с напряжением, закрываю глаза.
Тяжелая ладонь перехватывает за талию, тянет чуть-чуть вперед, а в следующее мгновение я вскрикиваю, потому что груди касаются уже не пальцы, а губы! Горячие, горячие губы!
Боже! Что он?..
Распахиваю ресницы, дергаюсь, пытаясь вырваться, шепчу жалобно и бессвязно:
— Ты что? Нет! Нет-нет-нет!
На каждое мое “нет” Камень лишь сильнее сжимает меня, лишь жарче целует там, где вообще нельзя! Нельзя!
Меня никто… Никогда…
От каждого бесстыдного движения его языка по телу проходят целые волны дрожи, и я никак не могу прекратить это, остановить.
Я бессвязно бормочу свое смешное “нет-нет-нет”, бестолково дергаю руками, то упираясь в каменные плечи терзающего меня парня, то почему-то вцепляясь в его темные волосы, выгибаюсь уже послушно, уже покорно, потому что не в силах перебороть себя.
А Камень, явно сходя с ума, все сильнее забирает меня в плен своих рук, все настойчивей целует, облизывает мою грудь, мягко, но очень опасно, до дрожи, прикусывает соски, и все шепчет что-то, шепчет, шепчет, уговаривая меня, убеждая, настаивая… На чем-то… Я, в полном шоке и безумии, даже не понимаю, в чем он убеждает, на чем настаивает? Такого не было в прошлые разы, когда мы сталкивались, когда он целовал меня на капоте своей тачки… Ощущение, что с каждым разом, с каждой нашей встречей, градус повышается, и скоро я совсем не смогу… Я уже не могу, уже!
Понимание, что не уйду от него сегодня, оглушает, я опять нелепо всплескиваю слабыми руками и нечаянно жму на клаксон машины!
Звонкий сигнал, разрывающий сонную темноту двора, оглушает нас обоих.
