Автор
Марина и Максим Заботкины наслаждались семейным ужином в своей кухне. Пара уже три года живет счастливой семьей, даже несмотря на трудности со здоровьем. Сейчас они готовы завести детей, но для этого требуется решение некоторых важных вопросов.
Подсев к нему, она толкнула Гайворонского в бок и повторила уже громче:
– Что случилось?
Гайворонский выдержал трагическую паузу, после чего тихо произнес:
– Лева пропал!
– Как пропал? Ну, я поняла, что он не приехал, поскольку не заявил о себе, но думала, что он просто задержался в Москве."
"– Он вообще пропал, – Гайворонский проговорил это так, словно рухнул мир. – Его нет ни в Москве, ни здесь. И никто не знает, что с ним!
– Подожди... Откуда ты все это знаешь?
– Он мне звонил из Германии, накануне.
– Может быть, он просто загулял? – предположил Максим. – Деньги есть, на родину вернулся. Подснял москвичку какую-нибудь и кувыркается с ней, пока ты тут убиваешься.
– Лева – серьезный человек! Серьезный человек! – с негодованием отверг эту версию Гайворонский.
– Ну может быть, он по делам задержался, – решила успокоить его Марина, досадливо махнув рукой мужу.
– Я чувствую это! – подняв палец, напыщенно заявил Сева. – Вы не понимаете этого, вы, вульгарные материалисты, погрязшие в своих мелких бытовых проблемах. А у нас с Левой – астральная связь. Я помню, когда ему стало плохо с животом, я сразу это почувствовал. Сразу же!
– Вы, видимо, из одной кастрюли перед этим поели, поэтому ты и почувствовал, – засмеялся Максим.
– Ладно, ладно, смейтесь над Севой, смейтесь! Грешно смеяться над Севой.
– Да уж, смеяться над больными людьми всегда считалось неприличным, – сказала Марина.
– Я не собираюсь выслушивать ваши гнусные и совершенно абсурдные инсинуации о моем здоровье, – как-то нервно сказал Сева. – Я лишь оповещаю вас, что завтра собираюсь заявить в милицию об исчезновении Левы!
Марина вздохнула и обменялась взглядом с супругом, который скептически покрутил пальцем у виска.
– Я звонил в справочную, чтобы узнать, прилетел ли он в Москву, но мне не дали такой информации. Тогда я позвонил в Германию, и его мамахен сообщила мне, что самолет вылетел. Более того, Лева, как примерный сын, отзвонился ей из Шереметьева и сказал, что приземлился нормально. То есть, он прилетел, это факт! Надо позвонить его беглой жене.
– Лиманской? – переспросил Максим.
Всеволод нахмурился и взял телефон.
