В тихом кабинете я словно висящий замком заслоняю взгляд сцены, где старик идет по коридору, словно неосознанно. У окна его губы поджимаются в горестной улыбке, а дыхание становится медленным и торопливым. Вокруг лишь рутинные действия и тихий шепот неба — это наш мир, скрытый за закрытыми дверями....
Это требование будто пуля влетает в сознание и разбивает все мои мысли. Я теряюсь, не могу направить в тело элементарную механическую команду двигаться. Задыхаюсь уже не просто от волнения. Я в панике!"
"Не то чтобы секс меня не интересовал. Интересовал, и даже очень. Мое тело созрело и подсознательно просило об удовольствии. Не находилось мужчины, способного дотянуть до моих фантазий. Они вкупе с завышенной самооценкой находились выше того, что мог предложить Вадик. Я смотрела эротику и трогала себя сама. С Вадиком же, чтобы позволить что-то подобное, все мне не хватало каких-то эмоций.
А сейчас я вынуждена подчиняться.
Опускаюсь, конечно. Медленно и неловко подгибаю ноги. Оказавшись в этом унизительном положении, слишком громко выдыхаю. Я, естественно, понимаю, что именно Саульскому от меня нужно.
— Боже… — но все равно не могу сдержать шокированного кряканья, когда он снимает полотенце и перед моим лицом оказывается самый настоящий член.
Это не Вадик. Над Вадиком я могла бы посмеяться. Вадику я могла бы отказать.
С Саульским выбора нет. Я должна делать всё, что ему бы нравилось. Умом понимаю, но перенаправить в действие никак не могу. С чего начать? Коснуться его ладонью? Прижаться губами к животу? Сразу приступить к основному действу? Что?
— Я… Я никогда этого не делала, — решаясь признаться, рассчитываю на помощь с его стороны.
Не вижу лица Саульского, но его это, судя по ответу, не особо впечатляет:
— Все когда-то начинают.
Прекрасно. Ободряюще.
— Ладно… Можешь… Можешь просто сказать, с чего начать?
— На меня посмотри, — требует он осипшим и напряженным голосом.
Подчиняюсь. Смотрю, чувствуя, как в глазах появляется жжение. Сцепляя зубы, инстинктивно начинаю дышать чаще. Даю себе клятву — реветь не буду. Ни за что!
— Возьми рукой.
Судорожно втягиваю воздух, а его все равно мало. Не двигаюсь. Не могу. Рискну предположить, Саульскому давно не попадались такие бесячие дуры, как я.
— Что в этом сложного?
Воспаленными глазами слепо пялюсь на то, как его татуированная кисть сжимает член. Слишком большой, по моему представлению. Что я с ним буду делать? Куда такое поместишь?
Сауль дергает рукой взад-вперед и чуть стискивает пальцы у основания толстой головки, а меня в жар бросает от дикого смущения.
— В глаза смотри, — грубо требует он.
Но я не могу.
