Автор
В весеннем Лондоне 1821 года, где холодный ветер с моря встречается со струями теплой городской ночи, Пикет требует не просто хорошей памяти — он нуждается в невиданной элегии. Здесь, на закате света, любовь и розыгрыши тонут в ароматах цветущих садов и запахах старого города....
– Простите, – промямлила она, опуская голову, прежде чем он сумел разглядеть ее багровые от стыда щеки. – Это было крайне бестактно с моей стороны.
– Ничего страшного. Вы говорили кое-что и похуже.
Она вспыхнула, он сложил кончики пальцев наподобие треугольника и спокойно произнес:
– Я с весьма неприятной точностью помню нашу предыдущую встречу.
Она в ярости подалась вперед:
– Из-за вас моя тетя и кузина покинули бал!
– Они сбежали, в то время как я даже не знал об их присутствии.
– А следовало бы.
– Ясновидение никогда не входило в число моих талантов.
Он видел, что она сдерживается из последних сил.
– Знаю, что вы с кузеном Дэниелом уладили свои разногласия. Мне очень жаль, но я не могу простить вас.
– Даже если он простил? – тихо спросил Хью.
Сара неловко переступила с ноги на ногу, на лице сменилась череда самых разных выражений, прежде чем наконец сказала:
– Он может позволить себе быть милосердным: к нему вернулась жизнь.
– А к вам нет.
Это не было вопросом – скорее утверждением, причем весьма холодным, без всякого участия.
Она прямо-таки онемела.
– Скажите, – потребовал Хью довольно жестко, потому что, черт возьми, давно пора выяснить отношения, – что я сделал именно вам? Не вашему кузену, не вашей кузине, но именно вам, леди Сара Плейнсуорт.
Она окинула его высокомерным взглядом, прежде чем подняться:
– Я ухожу.
– Трусиха, – обронил Хью, но тоже встал: даже такая невежда заслуживает почтения настоящего джентльмена.
– Ладно, – прошипела Сара, полыхая румянцем гнева. – Мой дебют должен был состояться в тысяча восемьсот двадцать первом.
– В год четырнадцати завидных женихов.
Да, правда: у него завидная память, – но она проигнорировала его слова.
– После того как вы выгнали Дэниела из страны, моя семья тоже была вынуждена удалиться в изгнание.
– Это решил мой отец, – резко возразил Хью. – Выгнать лорда Уинстеда из страны приказал мой отец. Я не имею с этим ничего общего.
– Не важно!
Он прищурился и медленно, словно ребенку, пояснил:
– Это важно для меня."
"Сара неловко сглотнула и, выпрямившись, заявила с явной целью переложить всю вину на него:
– Из-за дуэли мы не возвращались в город целый год!
Хью едва не расхохотался, наконец, разгадав причину ее негодования: она винит его за неудачу в лондонском сезоне.
– И эти четырнадцать завидных женихов оказались навсегда потеряны для вас.
– Не вижу причин для издевки.
– Но вы ведь не можете точно знать, что кто-то из них сделал бы вам предложение, – логично предположил Хью.
