Встреча Каждый раз, возвращаясь домой, он шел берегом реки. Вокруг часу ночи. Звезды светят, и водяная гладь кажется зеркалом неба. Как все, ему хотелось бы сесть в автобус и сэкономить время, но он огибает реку, наслаждаясь тихим укромным пейзажем. Эта встреча стала началом невообразимого приключений....
Казалось, будто высящаяся гора угрозы извергла пискливую игрушечную мышку на колесиках.
Они вскочили, точно к ним подключили провода под током, — во всяком случае, вскочили двое живых. Револьвер Шона чуть самопроизвольно не выстрелил. Какой-то миг они не могли сориентировать свои органы чувств: уж слишком долго все было сосредоточено на часах.
Звук прервался, затем возобновился, но уже с другим тембром и ритмом. Приходя в себя, они догадались, что звонит телефон в главном холле, рядом с комнатой, в которой находились они.
Шон слегка пригнулся, готовый к действию.
Бом! — мелодично, величественно начали отбивать двенадцать часы. Звук оказался чуть ли не полной противоположностью другому, более тихому звуку. Тот обладал некоей настырностью, которая действовала им на нервы.
Том вытащил ключ. И уже от двери глянул на них двоих, потом прислушался, будто пытаясь угадать по самому его тембру, что же сулит им звонок.
Раскрытые губы Рида по-прежнему трепетали. Наконец послышались хриплые слова:
— Нет, не надо… Это может оказаться трюк, ловушка, чтобы отвлечь нас.
"Бом! — пробили часы второй раз. От этого звука, казалось, по комнате заходили волны задрожавшего воздуха, словно в тихую заводь бросили что-то тяжелое.
Телефон зазвонил снова, как будто завелся от более громкого боя часов. Но темп звонка убыстрился.
Джин схватилась за голову.
— Выйдите и снимите трубку, — задыхаясь, проговорила она. — Я не могу больше этого выносить.
— Одну минуточку, — ответил Шон. — Звонок из полиции. Три коротких подряд… Они говорили мне, что прибегнут к нему, если я им буду нужен.
Он повернул ключ и распахнул дверь настежь.
— Я буду здесь, на виду у вас. Мимо меня ничто не пройдет.
Он видел, как Джин покровительственно склонилась над Ридом, обняла его, прижала к себе обеими руками.
Шон быстро подошел к телефону, снял трубку, рука с револьвером так и ходила в воздухе вокруг него, будто ведя поединок с тенью в пустоте.
Бом! — донеслось до него издалека, как накатила слизистая волна.
Звонил Макманус:
— С вами все в порядке?
— Да, — кратко ответил Шон, оглядывая стены, лестницу, надежно запертую входную дверь в конце вестибюля.
— Все кончено. Мы выкрутились. Этому парню ничего не грозит. Томпкинс только что в камере покончил жизнь самоубийством. Мы все у него отобрали, а он тем не менее нашел способ. Взял одну из больших плоских металлических пуговиц со своего пиджака, разломал ее и зазубренным концом перерезал себе горло. Мы обнаружили это слишком поздно.
