В вагоне дальнего следования замерло время: молодой пассажир, выглянув из окна, мельком рассмотрел последние оставшиеся склады и стрелки. Надежда откинулась на диванчике, уставшая после долгого пути из Москвы. Ее семья ждала в Петербурге уже давно, но встреча была неизбежна – десять лет они не виделись....
– Я тебе говорил, что головой за тот портфель отвечаешь? Говорил. Так вот, ты и ответишь!
– Но, Степан Трофимович…
– Что Степан Трофимович? Я уже семьдесят лет Степан Трофимович! А почему я до такого возраста дожил, как ты думаешь?
Виктор не ответил, да старик и не ждал от него ответа. Вопрос был чисто риторический.
– Потому, что всяким сявкам вроде тебя не спускал ничего, вот почему! И тебе не спущу… – Он на мгновение замолчал, словно обдумывая, какой казни предать Виктора, и наконец произнес: – Покамест ты у меня посидишь… Есть у меня чуланчик надежный, из которого никто не сбежит.
– Степан Трофимович! – проговорил Виктор, отступая к воротам. – Я же сам к вам приехал, по своей воле! А вы так со мной…
– Что сам приехал – это ты молодец, время мне сэкономил! – одобрил старик. – А только ровным счетом ничего это не значит! Как я сказал, так и будет! Игорек!
Последнее слово было обращено к телохранителю.
Виктор повторил маневр и, удирая зигзагами, как заяц, пробежал еще метров десять. Но теперь Игорь уловил его тактику и сменил направление, отрезав беглецу дорогу к воротам.
Виктор застыл на месте."
"До спасительного фургона оставалось каких-нибудь пять метров, но это ничего не значило: перед ним, с прежним лениво-безразличным выражением, стоял Игорек и сжимал свои пудовые кулаки.
– Шеф тебе что сказал? – проговорил он угрожающим тоном. – Шеф тебе сказал – пойдешь в чулан!
– Ку-ку, Вася! – раздался вдруг за спиной телохранителя хриплый голос.
Игорек удивленно оглянулся и увидел перед собой бригадира грузчиков.
– А тебе чего надо? – презрительно спросил телохранитель.
– Чего надо? Рафинада! – ответил Бугор и с размаху засветил Игорьку в глаз.
Игорек удивленно охнул и тяжело грохнулся на мощенную плиткой дорожку.
Ни восточные единоборства, ни тайский бокс ничуть ему не помогли в столкновении с грубой физической силой.
