В вагоне дальнего следования замерло время: молодой пассажир, выглянув из окна, мельком рассмотрел последние оставшиеся склады и стрелки. Надежда откинулась на диванчике, уставшая после долгого пути из Москвы. Ее семья ждала в Петербурге уже давно, но встреча была неизбежна – десять лет они не виделись....
Потом она крикнула куда-то в глубину магазина: – Тома, помоги товар для банка погрузить! Там все в подсобке приготовлено!
Она пошире распахнула входную дверь, придавила ее мешком с землей («Живая земля», грунт для роз, гербер, хризантем, гвоздик и пеларгоний) и ушла в подсобку.
Водитель тоже открыл задние двери микроавтобуса и расположился в кабине. Помогать с погрузкой он, естественно, не собирался.
Из подсобки вышла приземистая плотная брюнетка лет тридцати в обнимку с пальмой. Занеся горшок с растением в автобус, она снова вернулась в магазин.
Надежда подумала, что другого такого удачного момента, чтобы найти свою сумку, ей не представится. Обхватив фикус, за которым она до этого пряталась и с которым, можно сказать, успела сродниться, она подняла его и понесла к автобусу, пряча лицо за глянцевыми зелеными листьями.
Горшок с фикусом был невероятно тяжелый, и Надежда с трудом дотащила его до автобуса. Зато он служил прекрасной маскировкой. Впрочем, водитель спокойно читал спортивную газету, ему и в голову не приходило разглядывать женщин, которые носили цветы в грузовой отсек автобуса.
Поставив горшок на пол автобуса, Надежда перевела дыхание и забралась внутрь, чтобы отыскать свою сумку.
После яркого света внутри автобуса было темновато, глаза не сразу привыкли к такому освещению.
Надежда вытянула руку и, кряхтя, зацепила сумку за ручку.
Она уже начала задом выбираться из-под скамьи, и в это самое мгновение в автобус затолкнули следующий горшок с комнатным растением, и двери захлопнулись.
Не успела Надежда и охнуть, как автобус сорвался с места и куда-то покатил.
Ситуация была хуже некуда: снова, как утром, она ехала в этом злополучном автобусе, не зная, куда ее завезут.
