— Между нами? — задержалась она на миг в проходе, усмехнувшись разочаровано.
Не знал, что сказать… Точнее знал, конечно, но, какого черта, я творил? Вот сдалась она мне? Мошенница, врунья.
А тормоза срывало так, что хотелось схватить эту паршивку, прижать к стене, и чтобы молила о пощаде. Только единственное, что мне оставалось это наблюдать, как она удаляется, ой, да и пошла на все четыре стороны. Будто помимо нее у меня не было проблем.
До темноты шлялся по улицам, подумывая, что неплохо бы завалиться в бар, но перспектива проснуться утром с «тяжелой» головой не порадовала, потому побрёл в итоге к бабуле.
Плюхнулся на диван в гостиной, пользуясь моментом, что никого не было поблизости, достал платок из кармана, в котором Морева стащила проклятый браслет и, впившись в этот лоскут ткани взглядом, проиграл все еще раз в памяти.
— В этом доме принято разуваться, — выдала бабуля сварливым тоном, присев рядом в кресло.
В руках ее был хрустальный бокал, она манерно оттопыривала мизинец держа тот за длинную ножку и, кажется, вполне была довольна жизнью.
— Я оплачу химчистку, — буркнул в пустоту, не желая поддерживать беседу.
— Тебе даже на такси не хватает, — усмехнулась она, — так что погоди быть таким щедрым. Кстати, время идет, Андрей.
— А я все жду знакомства с приличной девушкой, даже наряд выбрала по этому поводу.
— Тот самый, который берегла на похороны? — съязвил я, желая, чтобы старая перечница наконец-то от меня отстала.
В доме полно народа, так почему бы ей просто не пообщаться с Гариком или кухаркой, на крайний случай она могла позвонить моему отцу и перемыть кости непутевому Андрею.
— Подкол засчитан, — фыркнула бабуля, делая глоток. — Между прочим, отец договорился с нотариусом, ты понимаешь, к чему идет все.
— Ага, мне уже можно начинать плакать?
— Ну носовым платком ты уже запасся, я вижу. А вообще, верни-ка ты его Дашке, негигиенично пользоваться чужими вещами.
— Дашке? — тут же вскочил я с дивана, взлохмачивая челку.
— Именно. Платки и обувь входит в комплект формы, кстати, помимо фартуков, платья. Там вон в углу инициалы даже имеются. Несмотря на возраст, зрение меня еще не подводит.
Я разгладил ткань, положив платок на свое колено, и долго не мог поверить тому, что так умудрился влипнуть. Боже, ну не идиот ли? Куда, вообще, смотрел-то? Но в тот же миг ощутил облегчение… Дашкин платок… Не Катин… Не ее.
Белов в очередной раз повел себя, как избалованный капризный ребенок.
